"Газпром" по сути предъявил Украине ультиматум: российский монополист готов продлить действующий контракт на транзит газа в Европу, заканчивающийся 31 декабря, или заключить новый сроком на один год - при условии отказа сторон от всех взаимных судебных претензий. Причем предложение названо "окончательным". О возможных сценариях конфликта мы поговорили с директором Фонда энергетического развития Сергеем Пикиным.
- Сергей Сергеевич, каким вам видится дальнейшее развитие событий?
- Думаю, что это условие - обнуление претензий - Украина конечно же не примет. Они уже неоднократно говорили об этом. Они считают, что они могут взять от "Газпрома" эту сумму - три миллиарда накапало уже с учетом процентов, - и попытаться взять еще. Поданы, как известно, дополнительные иски - на значительно большую сумму. Они почувствовали запах денег и отказываться от них не станут. Тем более - от объема средств, сопоставимым с платой за годовой транзит.
- И что нас ждет в таком случае 31 декабря?
- Новый год. Ну, слушайте: газовые хранилища сегодня - что на Украине, что в Европе - загружены по максимуму. Что касается Украины, я вообще я не помню, чтобы у них в последние годы в хранилищах был такой объем газа. Обычно это 14 миллиардов, чуть больше. А сейчас - больше 20. Поэтому я не думаю, что в январе ситуация будет какой-то критической. Если, конечно, не случится супераномальных холодов, но пока не похоже, что так будет. Ну а дальше в случае сохранения проблемных моментов, европейцы, в частности, Еврокомиссия, будут пытаться усаживать стороны за стол переговоров. Сейчас же все переговоры по этому вопросу идут с участием Еврокомиссии.
- До закручивания вентиля дело не дойдет?
- С нашей стороны такого желания нет. Но с другой стороны: непонятно, как юридически оформлять газ, который идет без контракта - если к тому времени не заработают европейские транзитные правила. Будем ждать их ратификации. Надеюсь, переход на европейские правила снимет такую жесткую напряженность. Они более гибкие, там нет требования заключения длительных контрактов, тем более - с какими-то жесткими ограничениями по объему... В принципе ни одна из сторон - ни Россия, ни Украина, ни Европейский Союз - не заинтересована в дальнейшем обострении конфликта.
- И это дает повод для определенного оптимизма?
- Я бы не употреблял здесь слово "оптимизм". Оптимизм - это из области "то ли будет, то ли нет". Стороны не должны быть оптимистами или пессимистами. Они должны быть прагматиками. И работать для того, чтобы достичь результата. А не мерзнуть в угоду каким-то своим принципам.