"Не все так просто, не все..." ― Майор поправил ремень и встал, нужно было двигаться дальше, Нулевая волна уже близко.
Нулевая волна была неизбежностью, мы достигли Предела, Предел казался новым миром, иным, далёким и всем хотелось его попробовать на вкус, прикоснуться к тайне, понять, что мы не одни в этой вселенной.
Нулевая волна была небезопасна, хоть и являлась вершиной прогресса человечества. Попытка пройти через портал - билет в один конец, потому что никто еще не возвращался с той стороны.
Роботы, которых создали для Нулевой волны, имели общую связь: каждый в отдельности и все вместе они подчинялись общей идее, их координировал один искусственный интеллект. Это был проект, поглотивший все лучшие умы человечества, единый порыв. Все хотели урвать кусок пирога. Никто не знал, что там, за этой дверью, но хотелось посмотреть хотя бы одним глазком.
Нулевая волна была отправлена десять месяцев назад и с тех пор от нее не было вестей. Портал закрылся, энергии не хватало. Предел стал недоступен. Тем не менее уже через полгода после запуска Нулевой волны, стартовал второй проект ― Мэйджр. Майоры должны были быть главной ударной силой объединённого человечества. Исследователи проиграли Военным вербальную схватку, пропаганда сделала свое дело: со всех сторон доносилась риторика в духе "Они вернутся", "Мы погибнем, если не нанесем первый удар", "Пора ворваться туда", страх победил.
"Майор - это не звание, это твое будущее. Главный проект человечества. Уже сегодня мы попадем туда. Всего за 9.99 ты можешь пройти проверку и вступить в ряды Майоров." ― пестрели помятые и затоптанные рекламные листовки перед входом в одно из зданий Военной ассамблеи.
Ночная улица была тиха и мерно светилась неоновой рекламой. Изредка проезжал автомобиль. По ступенькам спускался очередной соискатель с глупой улыбкой на лице и блеском в глазах. Это был новобранец главных сил, его взяли в ряды, мысль о том, что уже через год или меньше он попадет в Предел, тешила его самолюбие. Он один из этой сотни, что окажется на передовой мира! Это будоражило его воображение.
Впереди были суровые будни новобранца. Экзоскелет боевой брони весил полсотни килограмм. "Ты, ска, боец, должен бежать, ска, десять, мать его, километров, даже если, мать его, отключится этот, мать его, чертов, ска, энергоблок!" ― орал сержант. Пот заливал их лица, они бежали, отключив энергию. Падали и снова бежали. Теперь все они новобранцы. Даже если раньше ты был полковником, то "теперь ты, ска, Майор!".
Час в неделю давали на изучение мат. части по Нулевой волне.Она была в Пределе уже больше года, одна, сама по себе, в условиях, о которых никто не имел представления. Им внушали, что туда можно попасть, но никто не думал о том, что там, может быть, вообще ничего нет ― открытый космос, поток серной кислоты, давление в тысячу атмосфер, температура в миллион градусов по Цельсию. Все знали, что они потенциальные смертники, но спецсредства делали свое дело: "За человечество!" ― громко орала шеренга. Погода портилась, накрапывал дождь и туго бил по толстым капюшонам. Им оставалось так стоять ещё часов двадцать, в полной амуниции, под проливным дождем, испытывая себя на выносливость.
"Заснул, ска!" ― глухо доносился крик сержанта,― "Боец, твою мать, ска!". Новобранец медленно открывал глаза: вокруг был кисель реальности, все было мутное, серое и грязное. Прошел час, может быть, или минут десять. Сознание глухими ударами возвращалось в тело.
"Почему же так плохо..." ― сухость во рту говорила о том, что пил он часов восемь назад, но плохо было не от обезвоживания, ноги дрожали, пальцы сами разжимались, судорога сводила лицо. Спецсредства переставали действовать, а вместе с ними уходили силы.
Через час упорных сопротивлений последний Майор упал от бессилия, а ещё через два прогудела сирена общего сбора на построение. В этот момент генерал военной ассамблеи, сидя в своем сумрачном прокуренном кабинете, получил сообщение: "Он открыт".
