Недавно я совершила мужественный поступок: отказалась от всякого сотрудничества с телекомпанией ТВ Центр.
Сначала объясню, почему согласилась и стала участвовать в документальных фильмах, посвященных великим русским советским актерам. Наивно полагала: со многими из них встречалась и даже дружила, мне есть, что вспомнить и чем поделиться.
Вторая причина – солидарность с коллегами. Сама работала на телевидении, знаю, как трудно найти комментаторов, договориться да еще на бесплатной основе, да еще, чтобы этот комментатор мог внятно что-то рассказать. У меня много приятелей на ТВ Центре, отказать которым я просто не могла. Ни за одно интервью не попросила ни копейки ни разу. Считала, что брать деньги за комментарии - не подобает журналисту.
С первых же фильмов меня возмущало , когда я видела, во что превращали интервью со мной в фильме, оставляя иногда ОДНО слово! Да, монтажное искусство сейчас достигло таких высот, что речь человека можно склеить так, что получится совершенно противоположный смысл. Каждый раз после очередного фильма я давала зарок, что после на ТВЦ ни-ни. Но каждый раз звонили приятели - просили, умоляли, приезжали и записывали.
Последний каплей стал фильм «Прощание. Муслим Магомаев». Я была знакома с Муслимом Магометовичем, не раз встречалась с ним, брала интервью, я много рассказала, как мне казалось, интересных историй из его жизни, которые слышала от него самого и от Тамары Ильиничны Синявской. Но в «Прощание. Муслим Магомаев» ничего этого и в помине нет. А есть только закадровый текст про то, какие любовницы были у певца, внебрачные дети, выпивка, Бог знает, что еще. С экрана льются такие помои, что в пору не просто выключить, а выбросить из окна телевизор.
Магомаев прожил прекрасную яркую жизнь. В ней было много всего – и хорошего и плохого. Но то, что лилось потоком в фильме «Прощание. Муслим Магомаев» не было вовсе! Удивительно, что никто из его родственников не подал в суд на авторов фильма, удивительно , что за честь своего земляка не вступилось посольство Азербайджана, министерство культуры республики. Почему все молчат?
Еще страшнее получился фильм про Людмилу Гурченко. По фильму выходит: такого чудовища, как любимая миллионами актриса, еще не рождала земля русская. Подробно смаковались мужья и любовники, авторы не побрезговали рассказать и про аборты, и про молодого любовника- стилиста, которого актриса попросила сделать ей последний посмертный макияж ( об этом в фильме было упомянуто раз пять или шесть). Странно, что на фильм никак прореагировал Сергей Сенин (про него в фильме было сказано: «муж, чей порядковый номер установить невозможно»). Почему он молчит, почему не защищает честь жены, коли уж актерской гильдии и нашему министерству культуры нет никакого дела до нашего национального достояния?
Юрия Богатырева, актера, который умер 30 ( тридцать!) лет назад защитить и вовсе некому. Не осталось у него родственников и, видимо, друзей. Ничего, кроме смакования его нетрадиционной наклонности, авторов фильма не интересует. Совершенно кошмарно, топорно сделанные реконструкции ( чур меня, чур!) и через предложение – гей, гей, гей. Ну и что, что гей? Один из самых пронзительных русских актеров!
Думаю, привлечь к уголовной ответственности авторов фильма невозможно – фильмы из цикла «Прощание» НЕ ИМЕЮТ титров с перечислением авторов – режиссера, сценариста, оператора и пр. Когда я работала на ТВ, с нас очень строго спрашивали именно эти титры, чтобы каждый нес персональную ответственность за то, что сделал. Возможно, настали другие времена: в конце помоев, о которых ведут речь, скромно написано: «Производство ТВЦ». Удивительно, что каналом руководят женщины ( Быстрицкая Юлия Анатольевна, ген.директор ТВЦ и Надточей Ольга Владимировна, директор дирекции общественно-политический редакции . Последняя, к тому же часто сама, как говорят, является автором сценариев). Как-то принято считать, что некрофильство не свойственно лицам женского пола…
Я уже не говорю о том, что канал принадлежит Правительству Москвы. Видимо, полностью им и спонсируется. Так что, поливают нечистотами наших любимых актеров за наши, налогоплательщиков, деньги.
И, кстати, то, что я - и, по моим сведениям, еще несколько комментаторов-знатоков советского кино – отказались от участия в так называемой документалистике ТВЦ, ничего, конечно, не значит. Они найдут других комментаторов – студентов, случайных прохожих на улице. Дадут им текст, который они должны выучить и произнести на камеру. И будут стряпать очередное некрофильское кино.