Владимир Лукич Боровиковский приобрел славу еще при жизни. Будучи мастером парадного портрета и тонко чувствуя настроения сентиментальной живописи, современниками он был возведен в статус художника эпохи. Вершиной русского изобразительного сентиментализма считается его работа «Потрет М.И. Лопухиной» - идеал русской женщины конца XVIII века.
Согласно традициям жанра, портрет наполнен символизмом - нежная природа отражает чувственность молодой девушки. Мягкие черты, изогнутость линий, модное по тому времени «греческое» платье – все это служило восхищению современников. Александр Бенуа искренне признавал в Боровиковском мастера времени, называя его «очень русским».
Однако это полотно так же обладает и дурной славой, но это не имеет отношения к автору.
На портрете изображена Мария Лопухина – сестра Федора Толстого, представительница графского рода Толстых, жена егермейстера и действительного камергера при Дворе Павла I - Степана Авраамовича Лопухина. Девушке на портрете 18 лет, она только вышла замуж, а этот портрет и был свадебным подарком от мужа.
Однако судьба девушки сложилась трагически – она скончалась от чахотки в 23 год. А дурную славу портрет приобрел из-за отца Марии, поскольку он был членом масонской ложи и мистиком. Сразу после смерти Лопухиной пошли страшные слухи, что отец заточил душу дочери в портрет, а Боровиковский с тех пор стал испытывать сложности с заказчиками.
Во времена Александра Сергеевича Пушкина говорили, что стоит девушке взглянуть на картину – ее ждет скорая смерть. Сплетничали, что жертвами портрета стали не меньше десятка девушек на выданье. Суеверные люди думали, что дух Лопухиной забирает к себе души молодых девиц.
Кстати, портрет Марии Лопухиной посвящено стихотворение, его автор восхищал и вдохновлял современников. Так, например, поэт Яков Полонский посвятил ему стихотворение:
Она давно прошла, и нет уже тех глаз
И той улыбки нет, что молча выражали
Страданье – тень любви, и мысли – тень печали.
Но красоту ее Боровиковский спас.
Так часть души ее от нас не улетела,
И будет этот взгляд и эта прелесть тела
К ней равнодушное потомство привлекать.
Уча его любить, страдать, прощать, молчать.
Мистика «Портрета Лопухиной» пошла на спад только спустя 100 лет, когда Павел Третьяков выкупил его у графского рода для своей галереи.