Был у меня до армии дружок, Серега Набатов. О нем хочу рассказать. Давно это было, еще в советское время, в прошлом веке, а помню - как вчера.
В 1981 году Серега с мамой, приехали из-за границы. Жили они до этого в Польше, в советском посольстве, мама работала преподавателем истории и была коммунистом. В то время только партийные могли беспрепятственно работать за границей.
Познакомил его с нами Федот, он встречался с девочкой, что жила в его доме, они, два "дрыща" познакомились друг с другом и стали общаться, а дальше и мы с Женьком подтянулись. Был он высокий, худой, красивый, как сказали бы девчонки. На танцах в парке, его приглашали на дамский танец чаще, чем нас.
В доме у Сереги был достаток, у него был Грюндик магнитофон, своя комната в квартире, только отец отсутствовал. Погиб где-то за границей, работал наверное во внешней разведке или... Мама у Сереги постоянно готовила куриный супчик, и мы охотно ходили к Сереже его покушать.
Прямо так и говорили: - "Что делать будем, может к Набату, пойдем супчика покушаем"... В то время наши растущие организмы постоянно хотели кушать. Серега ругался: - "Опять жрать пришли, у меня мама устала варить каждый день". Раньше готовили в семьях на неделю, мы помогали ему съедать за пару дней.
Он, конечно, отличался от нас модной одеждой и обувью. Ходил он в джинсах "Монтана", за которые ему предлагали в то время три зарплаты, а он отказался. Обувь летом носил сабо на деревянной танкетке. Последнее выходило за рамки нашего понимания, я ходил по улицам даже в штангетках. Город у нас считался тяжелоатлетическим.
Серега как-то тоже захотел приобщиться к тяжелой атлетике. Мою штангу мы по осени перенесли в пятую школу и договорившись с директором, ходили тренироваться туда. После первой тренировки, выйдя из зала, Серега произнес такую фразу: - "Вот, сейчас чувствую походку штангиста". Походка у него и так была своеобразная, а в этот раз, шел он как в штаны на клал - свои худые ноги он еле передвигал, после приседаний.
Был он веселым парнем, пользовался у девчонок успехом, у него были передовые западные взгляды на культуру межполовых отношений и сам процесс. Встречался он с девочкой что, жила со мной в общаге, это ее старшая сестра мне бахнула ножкой от стула по лбу.
В армию его не забрали, у него были проблемы со слухом. Я ушел в армию летом, Федот осенью. Он-то мне и написал: к нему приходил особист и допрашивал по поводу Сереги, нас и все такое прочее. После этого Валерика, с радиолокационной точки отправили в тайгу, укладывать шпалы до конца службы.
Написал, что Набата вызывали на допрос, по поводу нашей спекуляции и выбивали показания против нас, что он там сказал, не сказал - это второй вопрос, но после этого у него начались проблемы с головой. Работали жестко - отбили. После этого его положили в психушку и местные сидельцы шутили - все дураки говорят про него, что он дурак особенный.
Придя с армии, я уже знал, что Серега не в себе и решил сходить к другу, к нему домой, посмотреть как он. Зрелище было печальным, в комнате стоял запах немытого тела и носков. Сам он выглядел заросшим и постаревшим, когда-то такой молодой и красивый, сейчас передо мной был просто уставший, утраченный человек.
Мы поговорили о чем-то, он отвечал без улыбки, монотонно, меня он узнал, но между нами как будто была невидимая стена. В нем осталось только сознание, душа (подсознание) была где-то далеко, не с ним...
От друзей слышал, что он иногда катается на городском автобусе по кругу, пока его не ссадят. Я встретил его еще один раз в автобусе, он сидел и смотрел в одну точку в окно, на мелькавшие за ним дома. Подойти я так и не решился - постеснялся, но почему-то в тот момент вспомнил про его куриный супчик, который мы так любили покушать у него...
Каждый раз, встречаясь с друзьями, я спрашивал: - "Как Серега" - все так же, получал ответ. Вот и в это лето, встретив Евгения спросил, его ответ меня расстроил - умер несколько лет назад. Позвонил Валере, он говорит, что вчера его кто-то видел - живой. Позвонил Леше, говорит что, видел маму, Любовь Ивановну сказала: - нет его. Мы даже не знаем точно.
К чему я про все это? Пока мы были молодые, мы не задумывались над проблемой друга, мы даже посмеивались. Как-то на Сузгарском водоеме отдыхал Леша С., он увидел как к Сереге приставала молодежь и он единственный, кто заступился тогда за него. На слова: - "Чего ты за дурака заступаешься", он ответил: - "Он друг мой".
Наверное, только сейчас, когда мы стали сами родителями, мы понимаем, какая произошла трагедия, а никто из нас даже не зашел к маме, нашего бывшего друга в гости - поддержать ее.
Всем добра и быть любимыми.
19.11.2019.