Последний раз 4-х летнего Уильяма (Билли) Гафни видели в проулке возле квартиры его семьи в Бруклине, Нью-Йорк, 11 февраля 1927 года. Он играл с двумя соседними мальчиками, трехлетним и двенадцатилетним. Старший мальчик вошел в свою квартиру, и когда он вернулся, Уильям и трехлетний ребенок исчезли.
Позднее трехлетнего ребенка нашли одного на крыше жилого дома. Когда его спросили об Уильяме, он заявил, что «буги-мэн» забрал ребенка.
Характеристики маленького Уильяма были таковы: каштановые волосы, голубые глаза, светлая кожа. Мальчик был худеньким и выглядел нездорово бледным. У него был шрам на нижней губе и родинка на животе. Его прозвище Билли, и большинство детективных агентств называют его с таким именем.
Позже в тот же день в Бруклине водитель трамвая Джозеф Михан заметил пожилого мужчину, пытающегося успокоить маленького мальчика. Мальчик, на котором не было пальто или шляпы, хотя на улице было холодно, плакал и говорил, что хочет пойти домой и увидеться с матерью.
Позднее Михан опознал ребенка как Уильяма. Его никогда больше не видели.
Первоначально следователи усомнились в истории трехлетнего ребенка и подумали, что Уильям просто ушел. Они безрезультатно обыскали соседние фабричные здания и местные каналы и пришли к выводу, что ребенок на самом деле был похищен. Трехлетний ребенок описал «буги-мэна» как стройного пожилого мужчину с седыми волосами и седыми усами.
Дело Уильяма широко освещалось, но оставалось загадкой до 1934 года, когда Альберт Гамильтон Фиш был арестован. Фотография Фиша прикрепили к описанию дела Билли Гафни. Он был обвинен в убийстве десятилетней Грейс Бадд, которая была похищена в 1928 году; он был пойман после того, как написал письмо матери Бадда, в котором он описал, как он убил девочку.
Фиш привел следователей к телу Бадда после его задержания. Во время суда Михан опознал его как человека, которого он видел с Уильямом в ночь исчезновения ребенка.
Фиш признался в убийстве Уильяма Бадда и убийствах нескольких других детей. Он признал себя безумным на суде, но был осужден и приговорен к смертной казни. Он не был обвинен ни в каких других преступлениях.
Дело Уильяма считалось закрытым после установления личности Михана и признания Фиша. Это больше не расследуется правоохранительными органами. Однако останки мальчика так и не были найдены.