Крейсер «Варяг» знаменит не менее, чем его «коллега» «Аврора». Только вот судьбы у кораблей разные. Один стал музеем, а второй прославил себя в веках — поражением в единственном за свою историю бою. При этом члены экипажа стали героями, а о самом «Варяге» сложили песню:
Наверх вы, товарищи, все по местам!
Последний парад наступает!
Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»,
Пощады никто не желает!
Слушая эти слова, представляешь жаркий бой одинокого крейсера с вражеской армадой, которая в море уничтожает корабль — и тот уходит под воду вместе со всей командой. Только вот на самом деле всё было несколько иначе.
Крейсер был спущен на воду 1 ноября 1899 года. Его строили американцы и допустили некоторый брак: «Варяг» лишь на бумаге да на первых испытаниях смог развить заявленную в 25 узлов скорость, на самом деле, утверждают исследователи, его пределом были 16 узлов. Поэтому говорить о корабле как о самом быстроходном для своего времени не приходится. Это важная деталь, которая впоследствии, возможно, станет роковой для крейсера.
Но обо всём по порядку. Начало девятнадцатого века ознаменовалось обострением международных отношений на Дальнем Востоке — здесь столкнулись интересы двух империй, Российской и Японской. Уступать не желал никто, но Япония сделала первый шаг к военному конфликту, разорвав дипотношения с Россией и напав русские корабли в Порт-Артуре.
В это время бронепалубный крейсер «Варяг», которым командовал Всеволод Руднев, и канонерская лодка «Кореец» уже месяц стояли в корейском порту Чемульпо, эта страна объявила о своём нейтралитете. Миссия у кораблей была, в общем-то, не военная. Они стояли здесь на случай эвакуации русской дипломатической службы. Рядом находились суда других государств с теми же целями.
Накаляющуюся обстановку моряки чувствовали, но достоверных сведений не было ни у кого. Весть об одностороннем разрыве отношений капитан услышал от своего коллеги-американца. Он направился в посольство, чтобы уточнить эти сведения, но и там ничего не знали. Вернувшись в порт, Руднев приказал «Корейцу» отправиться в Порт-Артур, чтобы прояснить ситуацию. Однако корабль выйти из порта не смог — не пропустила японская эскадра. «Кореец» возвратился, и его капитан, Беляев, доложил обстановку. Вскоре Руднев получил от японцев ультиматум.
«Почётно сдаться» Руднев не собирался, да и «условная» смена флага — не в русских традициях, хотя другие капитаны ему это предлагали. Можно было бы включить рекордную скорость и уйти от преследования, но… Как мы уже знаем, 25 узлов были только на бумаге. Реальная скорость «Варяга» не позволяла ему тягаться с японцами.
Обсудив ситуацию с командой, капитан решил драться, хотя это было безнадёжным предприятием — у порта выстроились шесть крейсеров и шесть миноносцев японцев.
«Безусловно, мы идём на прорыв и вступим в бой с эскадрой, как бы она сильна ни была. Никаких вопросов о сдаче не может быть — мы не сдадим ни крейсера, ни самих себя и будем сражаться до последней возможности и до последней капли крови», —
напутствовал капитан и, подняв Андреевский флаг, двинулся на врага.
Бой длился менее часа. «Варяг» потопил один неприятельский миноносец и нанёс значительные повреждения флагману. Но и у нас были потери: 39 членов экипажа были убиты, более 70 ранены, капитан контужен, а крейсер получил несколько пробоин.
Руднев решил вернуться обратно в порт. Оценив масштаб повреждений, капитан, чтобы корабли не достались врагу, «Корейца» взорвал, а «Варяга» затопил, причём на мелководье — так, что во время отлива его корпус обнажался на треть.
Возвращаясь домой, моряки были уверены, что им грозит трибунал, однако в столице их приняли как героев, даже песню сочинили.
А «Варяг», как опасался его капитан, японцы через полтора года подняли, подлатали и ввели в строй под названием «Соя», но прежнее имя корабля «Варягъ» оставили — как дань уважения героизму русских моряков.