Угрюмое низкое небо перечеркнуло теплые дни бабьего лета и угощает всех и вся то промозглым дождем, то еще неуверенным снегом. Утренние пробежки по раскисшей дороге к кажущейся неприветливой реке дарили взору различные пейзажи. Пожухлые травы и голый кустарник обсыпаны поутру искрящимся инеем. Ледяные забереги на затоне подчеркивают пору предзимья. Пронзительным ознобом веет от потемневшей воды, вызывая самые противоречивые чувства.
Ставьте 👍 и подписывайтесь на канал "На крючке". Это позволит нам публиковать больше интересных статей.
Или по-прежнему сидеть дома перед «ящиком», смакуя таранку октябрьской рыбалки, или «забить» на непогоду и сделать экстремальную вылазку на водоем? Да, планов как у Наполеона, но предвкушение перволедной рыбалки сосет под ложечкой. Все, дождался! Натянуло настоящий холод, прозрачно-бесцветное небо обволокло ледяным дыханием окрестности. Трескучий морозец ляснул по водоемам, зима перешла в наступление.
Очередным утром я не узнал реку, ее плес шумел от шуги, а еще вчера чернеющий затон блестел гладкой поверхностью искрящегося льда. Синоптики гарантировали усиление похолодания. В сотый раз перебрав свои зимние снасти и проверив приготовленные насадки, засобирался на открытие ледового сезона.
Место, где суждено было случиться этому знаменательному событию, просто сказочное. Места тут не изгаженные, можно сказать нетроганно-первозданные, да и люди тут какие-то нереальные, с причудливыми прозвищами, таким же поведением и образом жизни. Не важно, в каком дремучем Полесье находится эта глухая деревушка, и где она обозначена на карте, важно то, что я оказался тут в неописуемой радости от того, что открытие сезона начнется здесь.
На постой поселился в дивной бревенчатой избе, утонувшей окнами в лысую землю. Обмазанная глиной труба упиралась столбом дыма в поднебесье, предвещая устойчивую погоду. Хозяин избы, загадочно-задумчивый сутулый дедок, имел прозвище Шаман. Не потому, что был немного странноват и сам себе на уме, а потому, что у него отсутствовала добрая половина зубов, и при разговоре, как и при трапезе, он довольно часто шамкал ртом. Что за остряк его так обозвал, он не помнил, но ему такое имя вполне подходило и нравилось.
С юности он был болен рыбалкой и посвятил этому делу всю жизнь. Шаман говорил, что имеет неописуемые сокровища, и что завтра непременно я их увижу. Полдня потрудился у дедка в подсобках по хозяйским делам. Под вечер мы уселись за дубовым столом, нагрели медный самовар и под душистый лесной чай и домашние вареники с клюквой стали балакать.
Перволедка — самый бесподобный период зимней ловли. Это самое удачное время для ловли всех рыб без исключения. Особо хороши хищники. И как поведал Шаман, с утра мы пойдем именно за ними, за самыми прожорливыми и бесшабашными, а именно, за окунями. Итак, начинать сезон с полосатых, значит с полосатых. Тем более что окуни были обещаны «лапти». Договорились так: Шаман будет «столбить» места концентрации «лаптей» с помощью своей «безотказной» блесны, а я эти места буду шерстить мормышкой. По совету деда насадкой мне должна служить личинка репейной моли, а мормышкой — обычная свинцовая дробинка среднего размера. Теперь все готово и по утру вперед, нас ждут шаманские сокровища и «лапти»!
Эх, как спалось на русской печи! Вот это да, царское ложе, даже вставать было неохота. С рассветом вышли из избы. Адреналином скрипнул выпавший ночью снежок под ногами. И запорошенный проселок понес нас мимо поля, белого, как высказался Шаман, «как блембомет», имея в виду, наверное, всем известную зубную пасту. Мы спешили мимо соснового леса, мимо березняка и вышли к заснеженной чаще, сквозь которую и стали продираться.
Лес пошел низиной, я спотыкался о какие-то кочки да повалившиеся стволы деревьев. Шаман же соответствовал своему прозвищу, двигался ровно и плавно, будто плыл над всем этим. Мы вскарабкались вверх по склону и оказались на возвышенности. Вот она сказка! Какая картина открылась нам! Шаман, держа пешню, будто посох, повел рукой — вот они мои, настоящие сокровища!
Перед нами красовались несколько различных водоемов. Окруженные причудливым кустарником и сухим камышом, они походили рыбацкий рай. Дед указал пальцем вдаль и известил: «А там, за полем — их кормилица-мать находится». Это он имел в виду реку.
Я даже потерялся, не знал, какое выбрать озеро. Каждое манило особым чувством. Напарник разрядил обстановку и, хлопнув меня по плечу, зашагал вперед со словами: «За окунем идем, на ближайшее». Я поспешил за ним. Прошуршав сквозь камыш, мы очутились на льду.
Началось! Острая пешня два раза врезалась в панцирь, прежде чем достигла воды. Измерили толщину - 7 см, вполне терпимо. Озеро было приличных размеров, и как на нем сразу обнаружить хищника — было невообразимо. Один бы я тут до вечера пешней шумел, а вот с Шаманом другое дело. Селезнем дедок проследовал к кромке камыша и стал лупить вдоль него лунки в шахматном порядке.
Все это было для меня уроком, так как озвучивалось безостановочно, и я, словно школьник, топтался вокруг Шамана, вкушая и запоминая все услышанное.
«По перволедью окуня проще обнаружить с помощью блесны. Если он есть, то знать даст обязательно, даже если не засечется, то по блесне постучит обязательно. Лунки лупятся с мели в глубину и ловить начинать нужно с более глубоких. Не было б снега, ловили бы ближе к середке, а раз снег замаскировал нас, то весь окунь тут, под нами, на этой отмели скучковался и жаждет наших хитростей на нашу радость».
Наштамповав полтора десятка лунок, он успокоился и стал настраивать свой блесномет — ореховый удильник в полметра длинной с проволочным мотовилом, ниппельным кивком и своей «безотказной» блесной. Леска у него была 0,3 мм! Я в это время настроил свою призовую «балалаечку» и стал ждать указаний. Кинокамерой я впился в Шамана глазами и стал записывать в память все его действия. Трижды оплевав блесну, он запустил ее в лунку. «Метр», - произнес дедок и начал блеснить. Резким взмахом вверх подняв кончик удилища сантиметров на тридцать, он также быстро опустил его на исходную позицию и выдержал паузу в пять секунд, немного шевеля в это время кончиком удилища. Затем снова взмах и опять пауза. И так раз за разом.
Шаман опять заговорил: «Взмахов 20 в одной лунке достаточно, если не схватил, нет тут полосатого, на другую лунку переходить надо. А если напал на блесну, даже подсекать не нужно, так как хватает ее резко и сам засекается. Тут уж не зевай, а тяни, но слабину леске не давай, а то сойдет». Вот Шаман осекся на полуслове, его рука колотнулась и, взметнув правую руку вверх, левой перехватил леску и выволок на лед красноперого граммов на 400. «Першезимний», - обрадовался он и, дав мне знак рукой, направился ко второй лунке. Моментально, в «першезимнюю» лунку я запустил свою снасть и, обнаружив дно, стал мормышить.
Помня о том, что крупный окунь берет не сразу, немного присматривается к приманке, я не даю ему рассмотреть мормышку и веду ее с быстрыми, частыми колебаниями. Несколько раз стукнув приманкой о дно, придаю ей максимально возможную дрожь и поднимаю умеренно вверх на 30 см. Затем опускаю ее ко дну. Репейник на крючке обволакивает мормышку дурманящим запахом. Вот кивок прогибается, подсечка, и вытаскиваю на лед первого в этом сезоне окуня. Правда, он не такой, как у деда, размером чуть меньше ладони. Все равно радость, он размочил зимний сезон. Цепляю свежий репейник, опускаю мормышку в лунку и смотрю, где там мой напарник.
Шаман продвигался вдоль камыша. Те лунки, где окунь не брал, он засыпал снегом, а «застолбленные» лунки можно было определить сразу — возле каждой трепыхалось по хорошему «лаптю». Да, пока я поймал одного своего «матросика», дед выудил уже трех горбачей. Я продолжил игру мормышкой и почти сразу вытащил еще одного с ладошку. Так хотелось подцепить такого же приличного, как и у Шамана, и я перешел на другую лунку. Еще вчера вечером за столом было сказано, что тут водятся настоящие великаны, что необходимо лунку разбивать вширь, чтобы такого вытащить.
Не успел сделать и пару подъемов, как хлыстик моей «балалайки» дернулся, я подсек и ощутил сильную тяжесть и бурное сопротивление. «Вот он — великан», - размечтался я и выволок на лед горбача. Хоть и не великан, но хороший, на полкило потянет. Дальше было как-то странно. Я двигался вслед за Шаманом и выуживал из его «застолбленных» лунок по одному «лаптю», не больше. Сколько не колдовал после выуживания красноперого, никто больше в этом месте не брался. Ощущение такое, что под каждой лункой находилось всего по паре горбачей. Шаман говорил, что тут окунь берет первые недели две, как установился лед, после полностью прекращает брать.
Летом к этим сокровищам-озерам не подобраться, так как берега уж очень топкие. А вот по перволедью — благодать, по-настоящему можно отвести душу. Это сейчас я на себе и ощущал. Окунь брал исправно, уже к обеду, когда мы их всех водрузили в одну кучу, зрелище было на «бис»!
Был сделан перерыв для отдыха. Из термоса пили горячий ежевичный чай и вкушали пирог из зайчатины. После этого Шаман сказал, что попробуем тормашнуть пару великанов и восвояси. Мы пошли к противоположному берегу, где из-подо льда торчали заснеженные коряги. Вдоль них приготовили пять лунок и начали. Я нацепил на крючок мормышки аж пять личинок репейника и запустил ее под коряги. Глубина метра два. В преддверии неизведанного, дрожу насадкой и кошу взгляд на Шамана. Он также спокоен и невозмутим. Правда, игру блесны дед явно изменил.
Особенность его блесны — во время свободного падения, у нее небольшое отклонение от вертикальной оси и моментальное возвращение к вертикали обратно. Игра «безотказной» похожа на мелкую рыбку, которая хватает со дна какую-то козявку. Тактика такая: резким взмахом поднимаем блесну вверх. Остановка, блесна резко идет вниз и чуть в сторону. На исходной снова остановка. Дальше опять взмах, только удильник после него опускается малость ниже исходной. Получается, блесна движется вплотную с дном и при движении на исходную оставляет за собой полоску мути. На горбача это действует с сумасшедшим эффектом!
Пока я наблюдал за техникой блеснения и самопроизвольно тряс «балалайку», кто-то сильно рванул мою удочку вниз и прижал ее к самой лунке. Леска зазвенела. «Только б выдержала», - думал я, потянув рыбину вверх. Шаман хотел поспешить мне на помощь, но его удильник выгнулся дугой, и он мне выкрикнул: «Сам, давай»! Я опешил, леска ходила ходуном, звеня о края лунки. Вот-вот лопнет. Эх, была не была, и я потянул что мочи. Хорошо, что лунки заранее сделали широкими, и оставался шанс. Как только темная голова нарисовалась в лунке, я резко вонзил пальцы под ее жабры и с хрустом выволок наружу озерного старожила. Килограмм, не меньше, возликовал я, глядя на темно-зеленого, почти черного, с матовыми плавниками горбыля.
Глянув на Шамана, бросился к нему на помощь. Согнувшись над лункой, он что-то звонко шамкал и пытался дотянуться носком валенка до лежащей рядом пешни. Я подхватил ее, начал колоть лед, расширяя лунку и стараясь не перерубить леску. Дед постоянно ерзал из стороны в сторону, так что я боялся попасть ему по рукам. Наконец, Шаман изловчился и весь пыхтя, выволок настоящего великана. Горбыль был наполовину мощнее моего и отличался ярко выраженным черным цветом да высокой спиной, начинающейся сразу за головой. Этим он напоминал форму уродливого карася.
Да, Шаман меня сделал, его трофей явно превосходил мой.
Действительно великаны, только непонятно одно: что мы сразу не могли подойти к этим корягам и натягать таких экземпляров? Шаман объяснил, что наглеть не стоит, итак наловили достаточно. А особого труда наловить великанов, если знать точно, где они есть, не составляет.
На обратном пути Шаман рассказал, какая еще рыба живет в его сокровищах. Возле окуневого, где мы были, на почти круглом озере, доминировали плотва, щука и язь. На следующим за ним кривом озере было множество разнообразной рыбы.
А вот на самом дальнем сокровище, очень глубоком и большим по размеру, обитал крупный лещ. За ним-то завтра, как пообещал Шаман, мы и отправимся и поймаем обязательно.
Вернувшись в избу, истопили печь. Вечеряли жареными в печи окунями (высшее наслаждение) и перед сном балакали. Я благодарил шамана за такое прекрасное открытие сезона и с нетерпением ожидал завтрашней рыбалки.
Ставьте 👍 и подписывайтесь на канал "На крючке". Это позволит нам публиковать больше интересных статей.