Небо почти чистое, и предзимнее солнце пригревает окрестности вместе с нашими спинами. «Оп, оп, оп!» - выкрикиваем мы, ползая на четвереньках по уже довольно желтой траве, и с особым рвением хватаем ладонями последних желто-красных кузнецов.
Мой напарник Иван, 60-летний мужчина, перевидавший за свое время немалое, вытащил меня из городской суеты в этот погожий осенний день постращать перетягой белезенку. Перетяга — это два двуручных спиннинга с инерционными катушками типа «невская», соединенных меж собой одной общей леской 0.5 и с пятью-семью поводками длиной 35-40 см. Диаметр лески у поводков 0.3 мм, расстояние между поводками — метр. Крючки N7 темного цвета с длинным и острым жалом.
Перехожу вброд речку, подняв над собою спиннинг. По ходу моего движения Иван стравливает леску со второго спиннинга и занимает устойчивое и удобное положение на берегу. Вот и я, выбравшись на противоположный берег, поворачиваюсь лицом к напарнику. Поначалу заряжаем на крючки бойких кузнецов, подмоткой лески туда-сюда добиваемся того, чтобы поводки равномерно расположились поперек реки, чуть наискосок (делаю пять шагов вверх по течению). И начинаем «хлюпать». То есть, держа спиннинги перед собой, слегка взмахиваем их кончиками так, чтобы кузнечики касались поверхности, оставляя приманивающие круги. Делаем небольшую паузу, чтобы кузнецы, барахтаясь, немного проплыли по течению. Вначале я вращаю катушку к себе, потом Иван; кузнецы двигаются то к моему берегу, то к противоположному.
Зона ловли разделена на два сектора. Первый — это от напарника до середины речки, второй — от середины до меня. Если рыба возьмется в первом секторе, тянет к себе Иван, если во втором — вываживаю я. Ширина реки в этом месте от 20 до 30 метров. Немного «похлюпав» на одном месте, перемещаемся выше по течению метров на пять и вновь машем спиннингами. Работаем молча, все в ожидании хватки. Перемещаемся все выше и выше, раздражаемая кузнецами поверхность все молчит и молчит.
Макаем чуть ли не каждый сантиметр крутящегося потока, но безрезультатно. Молчит река, кажется безжизненной и мертвой. Наши лица источают печальную напряженность, но мы все равно с настойчивостью прочесываем реку. «Рыбы, как грязи!» - шутит Иван, дабы разрядить обстановку. Погода не меняется, все так же тепло, и не теряется надежда на хватку, даже кузнецов свежих зацепили. Миновали по реке почти с километр — ни одной хватки. Решили передохнуть, и, зафиксировав свой спиннинг на берегу, я отправился через реку к Ивану. Усевшись на склоне под лозовым кустом, достали трапезу. Иван извлек из рюкзака компотину и заключил: «Ничего не поймали пока, зато в реке больше рыбы осталось».
В это время прямо посреди реки чуть выше нас раздался волнующий всплеск, заставивший взять в руки спиннинги — пятерка кузнецов плюхнулась в воду. Медленно мы стали двигаться против течения. Река расширялась, на середине отметился темный омуток. Наконец-то натянулась и задергалась наша леска, выгнув в дуги спиннинги. «Ко мне!» - скомандовал Иван и молитвенно взглянул на небо. Я стал стравливать леску, всю надежду оставляя на напарника. Жерех неистовствовал. Коварный и неприступный, он бросался из стороны в сторону, резко проваливаясь в глубину. Лицо Ивана сделалось железным. Взгляд из чуть прищуренных глаз, казалось, пронзал насквозь и рыбину, и весь земной шар. Стараясь не оплошать, я равномерно стравливал леску не давая ей слабины.
Пружинящий на двух спиннингах жерех не мог ничего добиться в свою пользу. Стоп! На ближний ко мне поводок засекся еще кто-то. Как хотелось рвануть спиннинг на себя! Но Иван, бесспорно заметивший все это, отрезал: «Успеем». Наверное, даже если б рядом рванула авиабомба, Иван бы не моргнул и даже на мгновение не отвлекся, так он был занят вываживанием. В воде сейчас происходило непонятное. Обе рыбины тягали леску в абсолютно разные стороны. Было трудно их контролировать, удерживать в пружинящем положении. Все мы, вместе взятые, были в одном тандеме.
Я видел, что Иван слегка присел, и это означало, что сейчас он будет извлекать из воды жереха. Мне в этот момент необходимо быть настолько сконцентрированным, насколько это возможно. В момент, когда напарник будет выбрасывать из воды рыбину, мне надо потянуть леску на себя, иначе второй жерех сойдет. А если я замешкаюсь или сделаю это раньше даже на секунду, мы можем остаться и вовсе без единой рыбины.
Все произошло молниеносно и, слава Богу, удачно. «А-а-а... негодник», - завопил Иван, выбрасывая жереха на обрыв. Секунда отдыха и опять по новой полное внимание. Вторая рыбина оказалась более податливой и без особых усилий сдалась. Таким же неимоверно быстрым движением напарник забросил ее на обрыв. Жерех еще летел по воздуху и земли не коснулся, а я уже ринулся в воду и со скоростью катера на воздушной подушке таранил реку. Когда выбирался на берег, Иван был уже на обрыве. Отбросив спиннинг, я заскочил к нему. Он сидел чуть ли не в позе лотоса, смотрел на реку и, по-детски улыбаясь, бормотал какую-то свою молитву. Рядом красовались два жереха, один в один, каждый килограмма полтора весом.
Радость выплескивалась наружу без ограничений. «Ай да белезенки! - подытожил Иван. «И Брежнев таких фиг ловил», - парировал я, и мы засмеялись. Каждому по рыбине уже было, и мы решили оставить рыбий народ в покое.
Было тихо, и только река слушала наш, до боли ранящий ее душу, разговор.
Для проекта важна ваша благодарность в виде лайков, подписок на канал Дзен, на наш Сайт, в VK, в Одноклассниках, в Телеграмме, на Youtube. Заранее спасибо!