Критика восторженной кинокритики
31 августа 2019 года на Каннском кинофестивале состоялась премьера голливудского фильма «Джокер«, рассказывающего о превращении аниматора с психическим расстройством Артура Флека в одного из самых известных и харизматичных кинозлодеев нашего времени. Сам фильм вызвал как вал восхищения, так и немалую порцию критики из-за чрезмерной демонстрации насилия и акценте на классовых противоречиях в обществе. Последние в картине достигают кульминации в виде некоего уличного бунта, на острие которого оказывается фигура главного героя.
Видимо, как раз поэтому мистера Флека зрители представляют в качестве борца с этими самыми противоречиями. Кинообзоры пестрят утверждениями:
В нем видят и классического анархиста, и идеального сверхчеловека Ницше, и марксиста, противостоящего капитализму…
Мы намеренно опустим подробности о серьезном психическом нездоровье персонажа, ибо сам факт его наличия может поставить под сомнение возможность Флека мыслить критически в отношении мировоззрения.
В приведенной цитате нас в первую очередь интересует отношение персонажа к анархизму и марксизму, как к течениям социализма. Действительно ли Джокера можно назвать борцом за социальную справедливость? Какова идеологическая платформа «социалиста» Флека — анархизм или марксизм?
Кто вы, мистер Джокер?
Сходства и различия марксизма и анархизма разобраны в статье И.В. Сталина «Анархизм или социализм». Обратимся к ней, чтобы определить признаки, по которым можно было бы идентифицировать в персонаже «Джокера» последователя той или иной идеологии.
Некоторые считают, что у марксизма и у анархизма одни и те же принципы, что между ними лишь тактические разногласия, так что, по их мнению, совершенно невозможно противопоставлять друг другу эти два течения. Но это большая ошибка, — пишет Сталин.
А В.И. Ленин в статье «Социализм и анархизм» сообщает, что анархисты, в отличие от марксистов, не признают политическую борьбу средством для достижения своих идеалов.
Из этих строк становится понятно, что увидеть в Джокере и марксиста, и анархиста одновременно — задача не из легких. Решить ее возможно только в том случае, если герой называл бы себя и тем, и другим, но не являлся бы ни тем ни другим на самом деле. И так как в фильме такого не происходит, значит, Флек — или анархист, или марксист, если допустить, что кинообзор правдив. Рассмотрим оба варианта по-очереди. Начнем с определений. Кто же такой марксист?
Марксист лишь тот, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата, — определяет В.И. Ленин (ПСС т. 33, с. 34).
То есть для осуществления социализма через революцию последняя должна начаться диктатурой пролетариата, который должен захватить в свои руки политическую власть, чтобы при ее помощи произвести преобразования в обществе.
Как же следует действовать пролетариату, для того, чтобы сознательно осуществить эту программу, сделав шаг к построению общества социальной справедливости?
Ответ ясный: пролетариат не сможет достигнуть социализма примирением с буржуазией, — он обязательно должен стать на путь борьбы, и эта борьба должна быть классовой борьбой, борьбой всего пролетариата против всей буржуазии.
При этом и сама борьба, и последующие преобразования должны вестись, основываясь на анализе объективной действительности:
Не на сентиментальных чувствах, не на отвлеченной «справедливости», не на любви к пролетариату, а на научных основаниях строится пролетарский социализм. Вот почему пролетарский социализм называется также «научным социализмом».
Таким образом, если Артур Флек — марксист, противостоящий капитализму, то в фильме мы должны увидеть его участие в классовой борьбе на стороне пролетариата. Задачи марксиста Флека — диалектически изучать историческую ситуацию с позиций материализма, следить за возникновением революционной ситуации, организовывать трудящихся на экономическую, а затем и политическую борьбу, повести за собой массы в ходе восстания, если таковое произойдет, установить государственную диктатуру пролетариата в случае успеха восстания.
Посмотрим теперь, чем из перечисленного занимается Артур. Будущий Джокер работает в небольшом коллективе аниматоров клоуном. Судя по характеру происходящего увольнения Флека и получения зарплаты без какого-либо учета, а также по факту даже не начавшегося расследования по делу о нападении на аниматора шайки подростков с порчей имущества фирмы, контора действует не совсем официально, а работники трудоустроены не на основании трудового договора, а значит, не имеют защиты от произвола работодателя. Это ли не повод для организации трудового коллектива на борьбу за улучшение условий труда? Однако, ни о чем таком Флек даже не помышляет.
Далее, в кадре то и дело мелькает тетрадь Артура, в которую он заносит свои мысли. Но это не имеет отношения к марксистскому анализу окружающей действительности. В тетради — шутки для стендап-шоу, на котором стремится выступить герой. Но остросоциальной сатиры, которая может быть засчитана как скрытая социалистическая пропаганда, в шутках не наблюдается. Снова мимо.
Визуализация мечтаний Артура Флека
Может быть, о борьбе Флека против класса капиталистов нам должна рассказать сцена в метро, в которой Артур расстреливает из револьвера служащих корпорации известного в Готэме (город — место действия фильма) буржуа Томаса Уэйна. Однако, во время убийства он и понятия не имеет, где и кем работают молодые люди. Инцидент возникает случайно, компания пьяна, а Флек привлек их внимание, разъезжая в метро в костюме клоуна. При замене рода занятий незадачливых выпивох с менеджмента на мелкое хулиганство ничего ровным счетом не поменяется. Они все так же получат от клоуна по револьверной пуле, начав к нему приставать в крайне неудачный день. Привязка к классовой борьбе здесь ровно одна, да и та с натяжкой: после комментария миллиардера Уэйна о зависти бедняков к богатым как причине убийства его сотрудников, на улицу выходят толпы разгневанных людей. То есть вся ситуация в целом послужила поводом для выплеска наружу скопившихся противоречий в обществе.
Сцена в метро
В этом — шанс «марксиста» Флека проявить, наконец, себя, направив стихийный бунт в революционное русло. Но герой слишком занят для этого. Он обижен пренебрежительным отношением к своему провальному стендап выступлению ведущего тв-шоу Мюррея. Артур поглощен мыслью о мести своему кумиру, и с этой целью отправляется на шоу, попадая в дороге в круговорот уличных протестов. Но они ему не интересны, и став их весьма косвенной причиной, он продолжает свой путь на студию. В итоге, устроив в прямом эфире очередной акт насилия, попутно переименовавшись в Джокера, герой попадает в самую гущу площадного бунта. И вот здесь, если бы он и вправду был марксистом, самое время было бы, по крайней мере, предпринять попытку повести людей за собой «не на беспорядки и бунты, а на сознательную революционную борьбу».
Но ничего подобного мы видим. Флек просто радуется происходящему бедламу.
Флек и бунтовщики
Таким образом, мы однозначно утверждаем, что Артур Флек не имеет ни малейшего отношения к марксизму. А что насчет «классического анархизма»?
Послушайте г. Кропоткина: «Мы, анархисты, произнесли окончательный приговор над диктатурой… Мы знаем, что всякая диктатура, как бы честны ни были ее намерения, ведет к смерти революции. Мы знаем… что идея диктатуры есть не что иное, как зловредный продукт правительственного фетишизма, который… всегда стремился увековечить рабство» (см. Кропоткин «Речи бунтовщика», стр. 131).
Обратимся и к И.В. Сталину:
Краеугольный камень анархизма — личность, освобождение которой, по его мнению, является главным условием освобождения массы, коллектива. По мнению анархизма, освобождение массы невозможно до тех пор, пока не освободится личность, ввиду чего его лозунг: «Все для личности».
А что такое освобождение личности? В каком смысле его понимать и какими средствами достичь?
Если человек несвободен в материалистическом смысле, т. е. если он свободен не вследствие отрицательной силы избегать того или другого, а вследствие положительной силы проявлять свою истинную индивидуальность, то должно не наказывать преступления отдельных лиц, а уничтожить антисоциальные источники преступления… Если характер человека создается обстоятельствами, то надо, стало быть, сделать обстоятельства человечными, — разъясняет И.В. Сталин.
Стало быть, в отношении государства Флек, если он анархист, должен быть последовательным его противником и после социалистической революции желать его полного разрушения и неприятия диктатуры пролетариата как его формы. Далее, Флек-анархист для приближения революции должен был бы постараться освободить хотя бы свою собственную личность, а при случае — пропагандировать эти идеи среди своего окружения.
Освобождает ли он себя? Если считать, что в финале герой проявил свою истинную индивидуальность как Джокер, то да. Однако, к этому проявлению привела череда кровавых преступлений, и она вовсе не была альтернативой политической борьбе, которая не признается анархистами как средство достижения цели. Да и ставил ли Флек целью своего освобождения приближение революции? Конечно, нет. Мы уже говорили о том, что мотивацией к поступкам героя в заключительной части фильма являются его личные обиды и нереализованные амбиции.
Что касается государства, то освободив свою индивидуальность, Джокер-Флек прекрасно встраивается в существующую модель общества, являясь его неотъемлемой частью. Грабежи, убийства, организация преступлений становятся целью существования Джокера. Сохранение системы, создающей условия для накопления богатств, которые затем можно украсть, жизненно необходимо для него. Ни о каком разрушении государства как общественного института Джокер речи не ведет. И если обществом будут уничтожены антисоциальные источники преступлений, Джокер лишится смысла жизни.
Джокер из «Темного рыцаря» грабит богачей
Таким образом, в анархисты Артура записывать тоже опрометчиво. А значит, Джокер — и не марксист, противостоящий капитализму, и не классический анархист, отрицающий политическую борьбу. Тогда кто же он, этот мистер Флек? Безусловно, как человек с тяжелым детством, непростой жизнью, психическим нездоровьем, проблемами на работе и трудностями с самореализацией, Артур — фигура трагическая. Его жизненным перипетиям можно только посочувствовать. Но ровно до того момента, пока он не встает на путь преступлений. Ибо если Флек — это несчастный человек, доведенный до отчаяния, то Джокер — изощренный бандит, поступки которого не могут быть оправданы его прошлыми несчастьями. Но зачем же тогда вешать на него ярлык социалиста (неважно, к какому течению его причислять. А лучше — сразу к двум)? А для того, чтобы многомиллионная зрительская аудитория картины именно так представляла себе и марксистов, и анархистов вместе взятых. Как обиженных жизнью клоунов, устраивающих массовые беспорядки для удовлетворения своего оскорбленного эго.
«Джокер» — фильм, который действительно поднимает остросоциальные вопросы, но ни на один из них не дает внятного ответа. Но мы уверены, что таковые обязательно бы появились, если бы хоть один персонаж картины действительно являлся последовательным марксистом.