15 февраля – православные отмечают праздник Сретенья Господня.
В этот день, по церковному преданию, дева Мария впервые принесла младенца Иисуса в Иерусалимский храм. Там его встретил праведный старец Симеон. «Ныне отпущаеши раба твоего», – промолвил он, взяв Иисуса на руки. Ибо было предсказано старцу, что он не умрет, пока не увидит Спасителя.
Эта встреча (на церковно-славянском – Сретенье) стала прообразом встречи Ветхого и Нового заветов, иудейского и христианского миров, в широком же смысле Сретенье символизирует встречу души с Богом.
В Москве этот день по традиции наиболее торжественно отмечается в Сретенском монастыре.
Правда, имя монастыря связано с другим торжеством: 26 августа 1395 года москвичи встречали одну из самых почитаемых русских святынь – чудотворную икону Божией Матери, принесенную в столицу из Владимира.
Икона прибыла в Москву в дни великой опасности: недалеко от города стояла армия безжалостного Тамерлана. Москвичам только и оставалось, что взывать к Божьей Матери о чудесном спасении.
И чудо свершилось. Неожиданно для всех в тот же день, 26 августа, Тамерлан развернул войско и отправился восвояси. Причиной неожиданного исхода стал сон: Пречистая Дева явилась хану в окружении несметного воинства.
В память об этом и был основан Сретенский монастырь, а улицу, на которой он возник, назвали Сретенкой.
Сперва обитель была невелика – сердцем ее стала церковь Марии Египетской, в которой хранилась частица мощей преподобной, привезенная из Константинополя.
В конце XV столетия был выстроен храм Сретенья на Всполье, в XVI веке – Никольская церковь. На месте Сретенской церкви к 1679 году вырос одноименный собор, но он посвящен Сретенью Владимирской иконы. A престол Сретенья Господня был перенесен в придел церкви Марии Египетской.
В былые времена главной монастырской достопримечательностью был знаменитый Шумаевский крест, названный так по имени изготовившего его в XVIII веке Григория Шумаева.
Шумаев работал плавильщиком, а резьбой занимался на досуге. Всю жизнь мастер трудился над крестом, выразив в огромной многофигурной композиции свое религиозное мировоззрение.
Кроме самого Распятия тут были представлены библейские персонажи, картины ада, Горний Иерусалим, знаменитые православные обители. Удивительная скульптура, изукрашенная фольгой и цветными стеклышками и заключенная в киот высотой более трех метров, успела прославиться уже в процессе ее создания.
В 1754 году Сенат создал комиссию по спасению Креста, ибо 90-летний Шумаев «за древностию лет его уже забывается... а ево сын к содержанию того креста весма ненадежен».
Тогда же было принято решение снять шедевр с шумаевского чердака в Большом Aфанасьевском переулке и отдать его в Сретенский собор, автору же выдать «100 рублев на пропитание». Сейчас крест хранится в Государственном музее архитектуры им. Щусева.
В конце 1920-х годов монастырь был закрыт, тогда же были уничтожены два древних храма, надвратная колокольня и кельи. Остальные монастырские постройки, как и большинство домов на улице, заняли чекисты.
В соборе было устроено общежитие НКВД, для чего храм разделили на три этажа. В нижнем, наиболее обжитом ярусе, фрески сохранились хуже всего. A в верхнем они почти не испорчены, поскольку этот этаж был холодным и практически нежилым.
Здесь в одном из голосников (вмурованные в кладку кувшины, улучшающие акустику) реставраторы нашли даже старое птичье гнездо.
Монастырь был возрожден лишь в 1994 году, как раз в праздник Сретенья. Сейчас обитель славится просветительской деятельностью: ей принадлежат одно из крупнейших церковных издательств, один из лучших в городе магазинов религиозной литературы, один из наиболее популярных православных сайтов.
В последние годы в монастыре были развернуты восстановительные работы, появились и новостройки. Особенно поражает диковинное сооружение подле собора – нелепая, скособоченная, но по-своему трогательная колокольня с часами.
Она была сооружена в 1995 году как временная – по загадочному проекту, нарисованному кем-то на куске линолеума. Монастырская братия именует ее не иначе как «Иван Великий».
Временной считается также и ограда, украшенная зелеными изразцами. На некоторых изразцах, изготовленных по аналогам XVI века, изображен двуглавый орел. Если приглядеться, то видно, что глазки у него не керамические – этакие зеленые пуговки.
Оказывается, что, когда закупалась партия изразцов, никто не обратил внимания, что орлиные взоры бросали декоративные элементы-звездочки, из которых одна пяти-, а другая шестиконечная. Когда же монастырское начальство это заметило, то смутилось.
В результате на одного из монахов было наложено послушание – выковыривать напильником неканонические глазки и вставлять новые, приготовленные посредством смешивания эпоксидки с зеленкой.
Отреставрирован и собор, возвращенный верующим в 1991 году, еще до возрождения монастыря. В его интерьере привлекает внимание нетрадиционная для православного храма деталь – две фотографии Туринской плащаницы в натуральную величину, позитив и негатив.
Главная же святыня – мощи священномученика Илариона, бывшего настоятелем Сретенского монастыря в начале 1920-х. При жизни этот человек был известен как «гроза обновленчества», тех священников, которые активно сотрудничали с советской властью.
В 1923 году архиепископ Иларион был арестован и сослан в Соловки. Там он, человек простой, остроумный и мужественный, сумел завоевать огромный авторитет не только среди политических, но и среди уголовников.
Рассказывают, что однажды вечером во время ледохода в море унесло лодку с чекистами. Спастись в такой ситуации считалось невозможным.
Вдруг из собравшейся на берегу толпы раздался негромкий голос: «Кто со мною во славу Божию на спасение душ человеческих?»
Владыка Иларион с четырьмя помощниками совершил то, что всеми было расценено как истинное чудо? – к утру вернул лодку с людьми на берег.
Священномученик Иларион был канонизован в канун Сретенья, 11 февраля 1998 года.
И в этот день в стенах монастырского храма вновь прозвучало «Ныне отпущаеши». Скончалась 101-летняя Любовь Тимофеевна Чередова, последняя из прихожан, помнившая владыку.
За несколько дней до этого ей сообщили, что принято решение о канонизации, и она сказала: «Я знала, что не умру, пока не узнаю этого».
Как раз в тот момент, когда комиссия по канонизации окончательно утвердила причисление священномученика Илариона к лику святых, гроб с телом его духовной дочери выносили из дверей собора.