Знаю человека, который, скатившись, затем с самого низа поднялся. Бросил пить, начал с малого. Сейчас дом, машина, жена. Видел его на "академке" - грязный, воняющий, он шатался во дворах, когда трезвый был - нормально можно было поговорить. Не глупый. Затем он как-то пропал, не сталкивался с ним. Решил, что спился.
Однажды заметил его в приличной одежде и умытого, узнать его было очень сложно, но это точно был он. Разговорились. И вот, что он мне рассказал.
Свою жизнь он резко изменил, когда в очередной раз стоял у магазина, грязный, одетый в рванину, с опухшим от пьянки лицом. Выпив очень дешёвые 200 грамм какой-то самогонки с утра, ждал еще какой-нибудь подачки.
Из магазина выходила приличная женщина, он лишь грустно на неё посмотрел, зная, что такая не подаст. Когда она с сумками сделала несколько шагов от дверей, то оступилась. Может каблук подломился, может просто споткнулась, но она упала в лужу, уронив сумки. Из них выпали какие-то продукты.
Он кинулся ей помочь, а она
Знаю человека, который, скатившись, затем с самого низа поднялся. Бросил пить, начал с малого. Сейчас дом, машина, жена. Видел его на "академке" - грязный, воняющий, он шатался во дворах, когда трезвый был - нормально можно было поговорить. Не глупый. Затем он как-то пропал, не сталкивался с ним. Решил, что спился.
Однажды заметил его в приличной одежде и умытого, узнать его было очень сложно, но это точно был он. Разговорились. И вот, что он мне рассказал.
Свою жизнь он резко изменил, когда в очередной раз стоял у магазина, грязный, одетый в рванину, с опухшим от пьянки лицом. Выпив очень дешёвые 200 грамм какой-то самогонки с утра, ждал еще какой-нибудь подачки.
Из магазина выходила приличная женщина, он лишь грустно на неё посмотрел, зная, что такая не подаст. Когда она с сумками сделала несколько шагов от дверей, то оступилась. Может каблук подломился, может просто споткнулась, но она упала в лужу, уронив сумки. Из них выпали какие-то продукты.
Он кинулся ей помочь, а она, пытаясь встать из грязи громко вскрикнула "фу", отпрянув от него. Он начал помогать собирать рассыпавшиеся продукты в пакет. Она начала на него ругаться. И в итоге один пакет так и не забрала, побрезговала, что бомж за него хватался.
Он радостный понёс добычу в подвал, где кроме него почти никто не бывал, чтобы нормально поесть. И когда он впервые за много лет ел настоящий бутерброд с колбасой, сыром, маслом, запивал молоком, он вдруг ужаснулся - куда он скатился. Кем он стал, что женщина готова бросить целую сумку с продуктами, лишь потому, что он к ним прикасался.
