Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
ГЛАВНЫЕ ВОПРОСЫ

Игроман в ресторане.

Страшная вещь – зависимость. Говоря о ней, в первую очередь, всегда имеешь в виду того, кто непосредственно зависим от любой формы саморазрушения. Но есть ещё и его родственники, которые полной ложкой хлебают весь абсурд жизненных ситуаций близкого человека. «Хоть бы его уже не стало, проводили бы по-человечески, и всё закончилось» – страшно слышать такие слова матери о сыне, запутавшемся в своих пристрастиях, и не дававшем покоя другим. Бывают зависимости с нечеловеческим, в буквальном смысле, лицом; а есть и те, на которые можно смотреть снисходительно – ну, мало ли, на скачках любит играть человек, или в покер – натура такая азартная, что поделаешь? Правда, снисходительно? Довелось лет десять назад сидеть в небольшом ресторанчике. Простой интерьер, незатейливые восточные блюда, громкая музыка без танцпола – в таких местах после трудового дня любят собираться торговцы, водилы, студенты, да мало ли ещё какие персоны каких профессиональных корпораций. Был поздний час, я сидел в большой
Фото: naked-science.ru
Фото: naked-science.ru

Страшная вещь – зависимость. Говоря о ней, в первую очередь, всегда имеешь в виду того, кто непосредственно зависим от любой формы саморазрушения. Но есть ещё и его родственники, которые полной ложкой хлебают весь абсурд жизненных ситуаций близкого человека. «Хоть бы его уже не стало, проводили бы по-человечески, и всё закончилось» – страшно слышать такие слова матери о сыне, запутавшемся в своих пристрастиях, и не дававшем покоя другим. Бывают зависимости с нечеловеческим, в буквальном смысле, лицом; а есть и те, на которые можно смотреть снисходительно – ну, мало ли, на скачках любит играть человек, или в покер – натура такая азартная, что поделаешь? Правда, снисходительно?

Довелось лет десять назад сидеть в небольшом ресторанчике. Простой интерьер, незатейливые восточные блюда, громкая музыка без танцпола – в таких местах после трудового дня любят собираться торговцы, водилы, студенты, да мало ли ещё какие персоны каких профессиональных корпораций. Был поздний час, я сидел в большой компании – крепко выпивали, перекрикивали друг друга. В какой-то момент вдруг заметил сидящих за одним из столиков молодую красивую женщину и девочку лет восьми – они не разговаривали между собой, и лица их были напряжены. Поверхность занимаемого ими стола была пуста, и они явно чего-то ждали. Меня отвлекли товарищи-подруги на очередной тост; когда я вновь посмотрел на мать с дочерью, рядом с ними сидел мужчина лет тридцати – он возбуждённо жестикулировал руками и даже головой. Женщина попыталась взять его за плечо, но он, недовольно кивнув головой, сбросил рукой её запястье, и встал из-за стола. Разгадка этой пантомимы оказалась проста – мужчина прошёл к стоящим в углу зала игровым автоматам. Женщина и девочка переглянулись и тяжело вздохнули.

«Зная тебя, говорю – не влезай в чужие дела, и сиди спокойно» – сказал мне сидящий рядом со мной товарищ, тоже, видно, краем глаза зацепивший этот сюжет. – «Девчонку особенно жалко, всё ведь понимает, и переживает сильно; но это их дела – а мы с тобой выпьем», – товарищ уже наливал водку в рюмку. – «Бежать им нужно от такого …удака, пока и их не проиграл; но бежать без посторонней помощи. Я заступился за такую соседку с дочкой, когда папаша ломил снаружи входную дверь – таскался потом неделю по кабинетам коллег за нанесение телесных потерпевшему; заявление, причём, подала его супруга. И, если бы не мои корочки… Давай, пей за радость жизни!»

Компания наша держалась ещё пару часов – мы выпивали, закусывали, перекрикивали друг друга, Женщина с девочкой продолжали сидеть неподвижно, и смотрели в сторону игральных автоматов. Мужчина раза три подходил к столику жены и дочери, сильно жестикулировал, потом опять уходил. Судя по всему, ему не везло. Потом вся эта семья исчезла – наверное, её глава всё проиграл.