История произошла когда мне было 25 лет, я уже около шести лет имел успешный бизнес и готовился к разводу. Причин расставания с женой было много, не буду вдаваться в подробности, но последней каплей в море стала информация, что наша шестимесячная дочь приходится родной дочерью только моей жене.
Узнал я об этом совершенно случайно, в один спокойный вечер я проверял документы перед их сдачей в налоговую. Оставленный женой, назовем ее Елена, телефон завибрировал сигнализируя о входящем сообщении. Я никогда не влезал в ее телефон, но это был не тот случай. На экране блокировки я увидел частичное содержание сообщения: "Лена, как дела? Когда могу увидеться с дочкой?". Конечно я был немного шокирован, но первая мысль была об ошибке. В конце концов, мало ли Елен в этом мире? Да и номер не был сохранен в телефоне жены.
Конечно, закравшиеся подозрения нужно было развеять, но говорить с женой об этом случае я не стал, а вместо этого заехал с дочерью в медицинскую клинику и сделал тест на отцовство. Результаты должны были быть готовы через пару недель и все это время я был как на иголках. Но куда большее потрясение я испытал в тот момент, когда получил результаты теста. Я не был отцом своей дочери. Потом был скандал, мой уход из дома и заявление на развод.
Самым интересным во всей этой ситуации стал бракоразводный процесс. Жена вместе с тёщей были полностью уверены в том, что Елене принадлежит 2/3 квартиры, так как ребенок рожденный в браке оставался с ней. Помимо этого было выставлено требование о передаче половины прибыли от "семейного бизнеса", так его называла Елена. Я был в шоке от подобной наглости, ведь квартира была приобретена мной за несколько лет до свадьбы, а своим предприятием я занимаюсь с 19 лет. Елена нигде не работала, а все имущество кроме второго автомобиля, который я подарил ей сразу после рождения дочери, было нажито мной до заключения брака. Главным аргументом в суде стал результат теста на отцовство, после чего судьей было принято решение в мою пользу.
Потом была апелляция, но решение по ней осталось без изменений. Все время судебных тяжб мне звонили родственники Елены и уговаривали меня согласиться на ее условия. Бедная девочка, останется у разбитого корыта, ни квартиры, ни работы, да еще и ребенок на руках. Каждый такой звонящий пытался выставить меня бессердечным человеком, но при этом все давили на жалость. В тот момент я искренне не понимал, что у них в голове. Пока однажды мне не позвонил ее брат, который начал угрожать мне физической расправой. После двадцати минут разговора, мне удалось выяснить причины этих звонков. Лена вместе со своей мамой рассказывала всем родственникам слезную историю, о том как я подделал тест на отцовство, купил суд и пытаюсь отобрать у нее то, что по закону принадлежит ей. Наконец-то я смог объясниться и брат Елены оказался на удивление адекватным человеком. Он меня выслушал, я сказал что могу оплатить еще один тест на отцовство в той клинике которую он выберет сам. Но этого не потребовалось, он мне поверил и с тех самых пор звонки прекратились.
Оказалось, брат Лены донес до всех тот факт, который я пытался объяснить, но меня попросту никто не слушал.