Понедельник. Планируем работу редакции на всю неделю, включая субботний номер. Сегодня солирует ответсекретарь Анатолий Никитин. Ответсек – фактически начальник штаба, редакционный стратег. Сегодня из Толика стратег не лучший. Он видно квасил с пятничного вечера и еще не оклемался. Это все ощущают не только в окружающей Никитина атмосфере. Его узкие (тунгусские) глаза прикрыты очками-хамелеонами, его фирменная нижняя губа отвисла до подбородка. Словом, тяжко мужику. Кисло и нам. Чего он с бодуна может путевого сказануть?
Ан нет! Не зря говорят: талант не пропьешь. Наш Тунгус (это редакционная кличка Никитина) умело озадачивает:
- В южных районах области началась жатва.
Откуда узнал? Ни областная партийная «Волжская коммуна» еще не выступала с передовичным призывом типа «Все на битву с урожаем!», ни шустрые радийщики-телевизионщики еще не засняли первый срезанный колос. А-а, в пятницу к Тунгусу заходил вездесущий Володя Ушанов. Приносил зарисовку о ходе ремонта уборочной техники. И, наверное, принес на хвосте новость.
Продолжение здесь:
Дневник моего отца
Воспоминания реального человека из поколения 1950-х. Заметки, дневники Евгения Жаплова. Он хотел их опубликовать. Теперь их публикуем мы...
Тунгус продолжает:
- Выездную редакцию предлагаю в составе Колосюка, Жаплова, Автаева. Через пару недель вас сменят Попова, Касаткина и Петрович. Фотокорить всю осень придется Коняхину. Чугунов в больнице еще долго проваляется…
Жигалов ехидничает из своего уголка:
- Пусть Коняхин набор шляп и галстуков пополнит.
Планерка радостно хохочет. Коняхин багровеет, но против Сереги не возражает – у Жигалова бицепсы больше всех в редакции.
А ехидство-то в тему! В одном из прошлогодних закрытых обзоров прессы (их готовит сектор печати обкома КПСС) наша газета подверглась критике: «публикуемые в «ВК» фотографии унижают честь и достоинство работников городских промпредприятий и тружеников села. Даже передовики производства на них выглядят затрапезно из-за грязных спецовок, непричесанных волос…».
Главный редактор Веня Беляков тогда брызгал слюной и орал на Коняхина:
- Ты бы хоть расческу с собой возил! Чтоб люди перед камерой хоть чуть-чуть могли себя в порядок привести. А то налетишь, щелкнешь кого и как ни попадя и помчался за портвейном…
Критику редакторскую Мыкола воспринял очень конструктивно. Теперь в его кофре рядом с алюминиевой расческой всегда присутствуют… фетровая шляпа и галстук на резиночке.
Когда на страницах газеты появились первые трактористы в шляпах и галстуках, Веник опрометчиво похвалил фотокора, дескать, творческий подход, молодец типа. Но когда эти же шляпа и галстук стали мелькать на каждом портрете, начались сначала кулуарные подначки, потом официальные разносы. Коняхин отбояривался, что он и так потратился и на свои деньги приобрел этот реквизит. А кто хочет видеть разнообразие в его фотошедеврах, пусть выдаст деньги на свежую шляпу и галстук.
Денег, естественно, никто ему не выдавал. Да и по какой статье? Вот и множилась славная галерея шляпочно-галстучных победителей соцсоревнования.
- Да не ржите вы так! – Тунгус болезненно сжал пальцами виски. – А ты, Коля, будешь брать через раз шляпу у Колосюка или кепсель у Жаплова. А можешь и автаевский картуз изредка использовать. В общем, смотри по фактуре.
Кстати, типографские говорят, что заставку «Выездная редакция» потеряли. Так что Воскобойникову придется сегодня же нарисовать этот шедевр по новой…
Юра хитро улыбнулся: заставка уже несколько лет не менялась: лихой уазик с надписью «Волжский комсомолец» на борту. А к передней дверце пришпандорена (аж возвышается над крышей вездехода) огромная школьная ручка-вставка, на пере которой трепещет флажок «Выездная редакция». Конечно, у запасливого Воскобойникова в загашнике есть такой рисунок тушью. И он отдаст сегодня в секретариат. Но только вечером. А сейчас со своей Танюшей мотанут на дачу. Ведь выходные-то Юра пробухал с Тунгусом, а помидоры остались на грядках.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Две соседские "забавы", которые доведут вас "до ручки"
Блюда, которые вас изменят навсегда
Простая история человека и кошки