Нет, это не был тот трамвай, обычный городской автобус, он мерно под дорожный грай катил холодный медный корпус. Уже стемнело, фонари в оконных стеклах, вдоль дороги домов воздушные миры отображали, как Ван Гоги. Я знал, что пустынь за окном, что там затерянное поле, но рисовал обман мне дом, его огней живое море. И этот призрачный кураж открыл вдруг истину, иное, что окружал меня мираж, его величие пустое. И город двигался со мной, дрожа в оконном обрамленье, холодный, призрачный земной в шестом нездешнем измеренье... 16.11.2019 Николай Гумилев
Нет, это не был тот трамвай,
обычный городской автобус,
он мерно под дорожный грай
катил холодный медный корпус.
Уже стемнело, фонари
в оконных стеклах, вдоль дороги
домов воздушные миры
отображали, как Ван Гоги.
Я знал, что пустынь за окном,
что там затерянное поле,
но рисовал обман мне дом,
его огней живое море.
И этот призрачный кураж
открыл вдруг истину, иное,
что окружал меня мираж,
его величие пустое.
И город двигался со мной,
дрожа в оконном
обрамленье,
холодный, призрачный земной
в шестом нездешнем измеренье...
16.11.2019
Николай Гумилев
