Теперь действие переносит нас в цитадель тьмы, где обитала Маледисс, верховная демонесса и та, по чьему велению прислужники тьмы — стая бесполых инкубов и суккубов — отправлялась на свою охоту, лишая сотни людей энергии, сил, самого желания жить, а иногда и жизни, если демону случалось переусердствовать.
Сейчас начинался самый разгар охоты, и здание с высокими башенками по углам, стоявшее в темноте, могло простому обывателю показаться неприметным, скучным, совершенно темным (поскольку стояло оно неосвещенным), но стоило взглянуть на него тому, кто может видеть суть вещей или, к примеру, просто неожиданно быстро обернуться, то можно было разглядеть и бледное исходившее от него свечение, и вереницы влетавших в его окна мелких демонов, походивших издалека на рой черных пчел. Каждая такая сущность, пролетев внутрь, обретала плотскую форму и воплощалась или в рогатом звере с копытцами, походившем на вставшего на задние ноги козла, или в виде девушки несказанной красоты и притягательности, или в виде свиньи, или в виде гигантской летучей мыши с человеческой рожицей вместо морды... Да мало ли их, ликов зла?
Одним словом, одна такая летучая-мышь переросток, подняв небольшой сквозняк, влетела в высокий круглый зал под самой центральной башней, где сидела перед высоким зеркалом королева.
— Ну, что ты вьешься вокруг меня? Принес? — прикрикнула она на своего слугу.
Летучая мышь не отвечала, но, пискнув, промелькнула прямо перед ее лицом; цепкие когти Маледисс сомкнулись на стеклянной ампуле, что болталась на ее шее.
— Да что это с тобой? — спросила она, выливая несколько капель нужной ей энергии в дымящуюся на небольшом огне чашу и поднимая, наконец, взгляд на мышку.
Мышь жалобно запищала.
— Ты... Ты что? Подхватила летучемышиную лихорадку? Не можешь снова стать собой? Аа, тебя задело чужое проклятие?
Мышь запищала еще дольше и жалобней, схваченная когтистыми руками демонессы. Та вслушивалась в ее речи, но услышанное отнюдь ее не порадовало.
— Что? Снова под ногами мешались эти две дурочки? Они начинают меня раздражать... Вот что, сделай злое дело: разведай, чего им нужно? Где они обитают, кто их ко мне послал... Что? Нет, не расколдую. Знаешь, в таком виде тебе за ними следить будет куда удобней, — и она залилась глумливым смехом, а расколдовывать мышь обратно и не подумала.
Да, сражаться с ней "тем двум дурочкам" было нелегко, тем более, что по сравнению с оплотом тьмы силы света нашли себе приют в неприглядном здании в заводских трущобах между тенистой улицей с аллеей из черных вязов посередине и заросшим полузабытым городским кладбищем, простиравшимся на километр за ней. Между ними располагался ряд благопристойного вида сталинских пятиэтажных домиков, а вод дворах... во дворах и пряталось двухэтажное здание — не то местная жилконтора, не то ставший ненужным после советского времени клуб, не то еще какая-то организация; и уже долгие годы никто никогда не видел, чтобы хоть кто-то в него входил.
Вопреки распространенному мнению, силы света не дремали и сейчас, полпервого ночи; и даже наоборот, стояла сейчас, после нападений темных, самая тревожная для них пора. В кабинете, обстановка которого не менялась с момента постройки здания в пятьдесят третьем, сидели за столом двое: мужеподобного строгого вида женщина и еще кое-кто: человек, лицо которого пусть до поры будет скрыто серым туманом, поскольку даже те, кто знал его давно, не могли хорошенько запомнить, ни тем более воспроизвести его черт.
— Что делать? Девочки не справляются. На сегодня мы в одиночку защищаем огромный город.
— Волшебницы не приходят с улицы просто так, Васенька.
Васенькой звалась дама, которой это, в общем, мужское имя подходило меньше всего: вернее говоря, мужские черты в ее строгом угловатом лице определенно имелись, но мягкое милое это имя ей ничуть не шло. Гораздо лучше звучало бы применительно к ней "Александр" или там "Кирилл".
— Я уже настолько отчаялась, что готова взять и обучить любую, честно.
— А если не в коня будет корм?
— Надеюсь, пойму, — бросила она.
И ровно в этот момент в помещение вдруг завалились три веселых девицы, одна цепляясь за другую. Одна из них была высокая, темноволосая, настолько мрачная, что даже ее улыбка отдавала какой-то сомнительностью, и приходилось опасаться, не укусит ли она вас. Да, в обычное время заподозрить в ней добрую волшебницу было бы никак нельзя, скорей она сама походила на вампиршу или Мортицию Адамс. Вторая была на голову ее ниже, рыжая, раскосая, и смеявшаяся втрое задорнее. А Третья, по внимательному рассмотрению, оказалась вообще не девушкой, а парнем, правда, одетым настолько унисексуально, что отличить его по этому признаку было невозможно, да и волосы на голове, заплетённые в растрёпанные длинные дреды, не давали такого повода.
— Ага, — обратила на них свой грозный взор "Васенька". — У меня тут сотня неподтвержденных заявок, — она потрясла внушительной пачкой листков, — а вы развлекаетесь?
— Ну конец же рабочей недели, пятница, можем мы отдохнуть?
— Что такое? У нас тут агентство по услугам эскорта, или где? Сейчас клиент придет, а вы... Посмотрите на себя!
И атмосфера казенного скучного кабинета мигом преобразилась: он стал шире, светлее, выше, словом, походил больше на зал, и даже стены очистились от пыли, а дощатый пол сменился новомодным керамогранитом. Над входом возникла аккуратная светящаяся белым и жёлтым вывеска, и вообще словно пыль смахнули со старенькой сталинки, где оно размещалось, так что и окна, и стены, и потолки мягко засияли.
— Ну вот, теперь похоже на правду.
Девушки сидели на диване в углу, посматривая на начальницу и тихо перехихикивались: похоже, происходящее не было им в новинку, к жесткому нраву Васеньки они привыкли не особо её боялись.
По знаку ее все трое подошли к столу и принялись внимать раздаваемым поручениям. Васенька выцепила из них среднюю, рыженькую, и обратилась к ней:
— Люся, тебе задание: взять временной диапазон пятнадцать-двадцать пять лет назад, локация — наш город и окрестности, — и вычислить, в какой день могла родиться девушка с баром предвидения и со способностями в белой магии... Понимаешь? Найдешь день, который подходит, и попробуешь отыскать её.
Дама подняла взгляд на всех остальных и обвела их взглядом.
— И вы тоже поможете ей.
— Это что же, нам бегать весь день, а то и больше неведомо за кем?
— Как будто ты сейчас не тем же самым занимаешься, — усмехнулся парень с дредами длиной, наверное, ниже лопаток; выглядел он как совершенный дикарь, а вместе с тем его основным занятием было написание программ для анализа данных, нужных для охоты, которой этот кружок ведьм занимался.
Высокая черноволосая девушка досадливо поморщилась.
— Мы хотя бы примерно знаем, за кем охотится и от кого защищаемся.
— Вот и она узнает.
Троица поднялась, собираясь сбежать от своей строгой начальницы, но была остановлена грозным "Куда-а? А завтрашние заявки?"
Все трое со вздохом вернулись к столу.
— Вот что нам выдала твоя программа сегодня. Наибольшая активность, как всегда, в центре. Клиентов нашлось немало. Читайте, разбирайтесь, — и она кинула им пачку листков, после чего троица наконец смогла удалиться.
Агентство эскорта это было непростое. Занималось оно, конечно, и прямыми обязанностями, а если клиента не устраивала внешность двух имеющихся девиц, те, наложив на себя оборотные чары, не уступали ни одной фотомодели. Но большей частью девушки проводили время в разъездах, отыскивая места, где хозяйничали их враги, инкубы и суккубы, и защищали от них простых людей, при условии, что те не ввергли себя во власть демонов добровольно: к примеру, не призвали их сами жалкими попытками колдовать,
Убежав из-под надзора Васеньки, высокая девушка с парнем принялись сортировать заявки, а маленькая рыжая ведьма, усевшись за стол, принялась что-то чертить, выписывать цифры в столбик, зачеркивать одни, вычислять другие и наконец нашла нужную ей дату: счастье, что такая оставалась всего одна: между знаком водолея и рыб двадцать два года назад, рожденные под влиянием Прозерпины, должны были обладать даром предвидения и уметь заставлять стихии подчиняться себе. Оставалось все ничего: отыскать всех, кто родился в этот день и час. Но эту работу она надеялась сгрузить на своего коллегу по эскорту.
— Тоша, — начала рыжая елейным голоском, втиснувшись между парнем и второй девушкой, — день я вычислила, надо теперь только найти всех, кто тогда родился. С адресами, если можно.
И, посмотрев на парня огромными наивными глазами, протянула ему листочек с цифрами.
— Данные и список людей я дам, — а вот по адресам сама.
— Что-о? — обиженно протянула рыжая.
— Сама-сама. У меня же нет этих, как их, ваших способностей. Ведьму может узнать только другая ведьма! — заключил он. И в подтверждение его слов застрекотал за их спиной принтер, выдавая, к счастью, не столь уж длинный список.
— Не хочется встречаться с другими претендентками? А что так? Ревнуешь к Васеньке? — фыркнула темненькая.
— Иди ты! — огрызнулась рыжая. — Я наоборот думаю — вдруг не найду с ней общего языка? Или вдруг она окажется характером как ты, Кристин, и с порога меня пошлет? Вдруг я ей не понравлюсь?
— Ты не подружку ищешь, а девушку со способностями, которая станет нам помогать.
— Вот я и боюсь. Нет у меня этого, как его, дара убеждения. И вот еще что: вдруг мы ей раскроем все карты, а она возьмет и не согласится?
Все трое задумались, понимая, что рыжая Люся в чем-то права.
Быстрее других опомнился парень.
— Вот что: проверим ее способности и заодно посмотрим на нее со стороны. Знаете, как?
Девушки переглянулись и покачали головами.
— Правильно. Через день у нас что? Местный шабаш. Туда мы и отрядим тебя в виде шпиона и её в качестве практикантки. Отправим приглашение. Очень убедительное приглашение. Если она сумеет туда попасть, значит, наш человек. Заодно и узнаем, насколько близки ей наши интересы.
После этого оставалось только устроить незнакомой девушке — или нескольким девушкам — знакомство с азами из профессии.
"Шабаш" был мероприятием официальным и проходил под вывеской съезда "Академии магов, целителей и экстрасенсов", каких даже и сейчас в наши просвещенные времена в любом большом городе наберется немало. Однако у него была открытая, публичная часть, где гадалки и целители разных мастей обменивались опытом по обману доверчивых граждан, и закрытая, где за наиболее выдающимися из них устраивалась слежка с целью свести к минимуму вредоносные их действия. Закрытая секция съезда функционировала отдельно, в старом кирпичном здании близ все того же завода, где обретался наш магический эскорт.
Тем не менее, мероприятие было большое, имело образовательный характер, и потому скромная служащая министерства науки и высшего образования Алёнушка Смирнова вовсе не удивилась, когда её отрядили туда поприсутствовать, так сказать, и тоже понаблюдать за деятельностью данной "Академии". Девушка она была робкая, тихая и в отделе ею помыкали все, кто угодно, так что тому, что ей, а не кого-то другого посылают невесть куда, ничуть не удивилась. Непосредственный начальник её, выслушав по министерскому телефону чьи-то ценные указания, сделал строгое лицо и велел ей непременно явиться на съезд этой Академии этим же днём — и вот уже через полчаса Алёнушка тряслась в холодном пустом трамвае, гадая, куда же она, собственно, едет, и что от неё требуется.
Точнее говоря, адрес, она, конечно, помнила, хоть по легкомыслию своему и не взяла за труд хоть где-то его записать, но уже не была так уверена и в названии улицы. и в номере дома, которые стерлись из ее памяти почти сразу после того, как она повторила их вслед за своим начальником Геннадием Петровичем. Успела она глянуть адрес в картах на телефоне — это и оставалось единственной зацепкой. Карты указывали на протяженный корпус в центре квартала, сплошь застроенного старыми заводскими зданиями. Всего только и требовалось, что пройти на его территорию и как-нибудь отыскать. Пустяки!
Прошмыгнув мимо пустующей будки охраны на проходной, Алёнушка смело шагнула в глубь... и поняла, что совершенно не учла того, что и внутри, на территории самого завода, все будет перегорожено тут и там. Требующийся корпус она не видела, хотя каким-то шестым чувством очень ясно полагала, где он может находиться, а вот войти туда и хотя бы отыскать к нему тропу не могла никак. Вдоволь покружив по дворам вдоль полузаброшенных ангаров и цехов, она нашла совсем уж старые, с царских времен, наверное, еще оставшиеся ворота и шагнула за них, после чего почти вплотную столкнулась с кирпичным темным от старости и покрытым местами мхом зданием — вернее, одним его крылом, которое выдавалось в этот двор. Она набралась смелости и шагнула внутрь, в темный провал двери...