Этот вопрос неоднократно поднимался и в прошлом, и в наши дни. Обратим внимание на то, что спрашивается не о том, можно ли вообще молится об умерших иноверцах, а можно ли их отпевать и служить по ним панихиды. Необходимо различать эти два вопроса: просто молитвы за умерших инославных христиан и совершении над ними православного чина. Частная, келейная молитва об инославном усопшем не запрещается — можно поминать его дома, у гроба прочесть псалмы, подавать милостыню на помин его души… Но чин отпевания и панихиды составлены с уверенностью, что умерший и отпеваемый есть верный член Православной Церкви.
Охраняя чистоту своего Православного учения и всего богоустановленного порядка жизни, Церковь искони запрещала епископам, клирикам и мирянам вступление в молитвенное общение не только в храме, но и на дому со всеми еретиками, раскольниками и отлученными от церковного общения. Строгость, с какой Церковь оберегала своих чад от опасности заражения какой-либо ересью, простиралась до того, что священнослужителям было возбранено совершать молитву или священнодействие даже только в присутствии еретиков. В основе этих канонических постановлений лежит вечное слово Христово: аще и Церковь не послушает (брат твой), буди тебе, якоже язычник и мытарь (Мф. 17, 18).
Будучи вне Церкви при жизни, еретики и раскольники еще дальше отстоят от нее после смерти, ибо тогда для них закрывается сама возможность покаяния и обращения к свету истины.
Вполне естественно поэтому, что Церковь не может приносить за них умилостивляющей бескровной жертвы и никакой молитвы вообще: последняя явно возбраняется апостольским словом (1 Иоан. 5, 16). Следуя апостольским и отеческим заветам, Церковь молится только о упокоении православных христиан, в вере и покаянии скончавшихся — как живых членов Тела Христова. Сюда могут относиться и те, кто прежде были в числе отпадших, но потом раскаялись и соединились с Церковью.
Верная во всем духу древней Вселенской Церкви, наша Русская Православная Церковь не только воспрещала отпевать инославных — римо-католиков, протестантов, армян и т. п., но даже совершать по ним панихиды. По чувству христианского милосердия она стала допускать в отношении к ним одно снисхождение — если умрет иноверец «христианского исповедания», и для погребения его не будет священника или пастора того исповедания, к коему принадлежит умерший, то православному священнику разрешается, облачившись в фелонь, проводить тело усопшего до кладбища и пением Трисвятого сопроводить опускание гроба в могилу. Внесение тела усопшего иноверца в православный храм не допускается.
Широта православной христианской любви, во имя которой иные призывают допустить церковную молитву за умерших христиан любого исповедания, не может простираться до пренебрежения православным учением веры, сокровище которой хранит в течение веков наша Церковь. Иначе сотрется всякая грань, отделяющая Единую Истинную Церковь от тех, кто оторван от благодатного союза с нею.
Из сказанного ясно, что тем более воспрещается всякая церковная молитва за усопших мусульман, буддистов, иудеев и других иноверцев, не признающих Господа Иисуса Христа.
