Я сделала вид, что не узнала ее, хотя, конечно же, это было не так. На самом деле я растерялась. Это была одна из старой Гвардии девяностых. Так я называю их, взваливших на свои плечи всё: мужей оставшихся без работы с их нытьем, алкоголизмом и растерянностью, детей, родителей. Надо было выживать.
Они взяли китайские клетчатые сумки и поехали в Китай, закупились барахлом и попёрли на себе домой, в Россию. Они отбивались от рэкета на дорогах. Им было ср@ть на лихих братков и на свою жизнь в том числе. Им надо было кормить свои семьи. Ее муж, съездив пару раз в Урумчи из Новосиба сказал, что будет сидеть на перловке, но больше не поедет - жизнь дороже. А она и другие бабы ездили два раза в месяц. Открыли свои магазы и стали достаточно богатыми дамами.
Анна Петровна была из той самой гвардии.
" Где-то я вас видела",- сказала она. Пришлось узнать ее и сказать кто и как я. Она вспомнила моментально, хотя виделись мы нечасто и знакомы были косвенно. Оказывается, позавчера Петровна купила у нас очень дорогую шмотку. Сказать, что я удивилась - это ничего не сказать.
Да, у этих дам есть деньги, но они не привыкли их тратить на себя.
Уже выросли бездельники дети и даже бездельники внуки. Они понимают, что вырастили бездельников. Дети и не старались. Мужья завели молодых любовниц пока старая гвардия зарабатывала геморрой. Они выгоняли этих мужей нещадно, т.к. презирали их. Нет, вру. Выгоняли не все. Помню одну даму, она прощала и выгораживала своего неудачника. А он называл ее барыгой и потихаря таскал деньги из семейной кучки. Деньги банкам она не доверяла, а доверяла их почему то слабаку-мужу. Несмотря на сладкую жизнь, муж умер и она закатила ему царские похороны.
У Петровны муж просто ушёл к молодой, отсудив у нее 5 магазинов. Вот так, просто имущество поделили поровну между супругами. Я поняла, что Анна Петровна пришла вернуть вещь, но, увидев меня, не смогла, гордость не позволила. Никогда, никогда старая гвардия не позволяла себе ничего дорогого.
Знаю почему. Они знали РЕАЛЬНУЮ СТОИМОСТЬ всех этих шмуток (как знаю ее я сейчас и никогда не покупаю вещь по цене на этикетке). Честно, она меня напрягала. Я очень ждала когда она уйдёт.
Чувство жалости смешалось с усталостью от человека. Мерзкое ощущение, когда не знаешь, что делать - жалко позволять тратить свое время и энергию, и не можешь дать понять, что она достала с воспоминаниями. Сделала вид, что мне надо выйти, она нехотя оборвала речевой поток о своей молодости году на 99-ом и ушла наконец-то.
Послевкусие двоякое осталось.. Столпы бизнеса стали мамонтами.