Винить ленту во вторичности? Искать параллели со Скорсезе или Бойцовским клубом? Сравнивать с образами Хита Леджера и Джека Николсона? Нет уж, я вас от этого избавлю.
Можно обвинять режиссера Тодда Филлипса во всех грехах. В неуместных социальных комментариях. В романтизации психического состояния человека (после «Эйфории» этого же года, такая критика мне в особенности не понятна). В резком уходе от «комиксовости». А можно отбросить привычные концепции, заглянуть за устоявшуюся парадигму и избавиться от зашоренности, которую воспитал кинематограф нулевых и десятых, где затянутый кадр больше не имеет права претендовать на художественный смысл и эстетику, где танцевальная импровизация обвиняется в буффонаде, где истерический смех вызывает вместо сопереживания испанский стыд. Выйди «Джокер» во времена «Заводного апельсина», сегодня он был бы уже культовым. Возможно так и будет. Время покажет.
Черное и белое
Можете уличить меня в писательской кастрации после этого (риторического) вопроса, но я не могу не задать его. Как «Джокер» может не нравится?
Я готов на торг с тем, кто признает перенасыщение кинотеатров блокбастерами, которые воспитали соответствующий вкус у массового зрителя и с заявлением о подлоге, который провернули Уорнеры с таким громким именем, как Джокер. «Ну не то мы шли, не на то!». Да, вас обманули. Не буду вас обманывать и я, скорее всего это и правда не ваше. Но если при просмотре вас хоть на секунду задело, неважно чем, я попытаюсь помочь полюбить эту картину.
Человеку удобно делить на черное и белое. На добро и зло. Естественно, нам удобно пребывать в белом сдобренном комфорте. Так любая супергероика заканчивается победой бравых ребят, даже в конце типичного хоррора добро одерживает верх, правда с намеком не бессмертность злого духа и следующую борьбу со светом (но это скорее к истории создания доильных коров из удачных хоррор-франшиз). Как следствие, зритель с неохотой смотрит картины с противоположными мотивами. Герой, будь он отрицательный, непременно должен стремиться к переосознанию себя или, хотя бы, бороться со своим началом; должен (не)осознанно поступить по совести. И представьте теперь, как не комфортно зрителю, ассоциирующему себя с Артуром Флеком, который с каждым новым кадром становится более безумной версией себя. Так все дело в непривычной ассоциации, спросите вы? Думаю да, отвечу я.
Не забывай улыбаться
Красивым может быть уродство, и уродство душевное. Любят ведь люди снимать и смотреть фильмы о войне. Но чем война не уродство? То же восхищение насилием. Только в «о войне» герой спасает родину от условного врага, в «Джокере» от себя самого. И здесь и там не всегда успешно. Оттого, в каком-то смысле, «Джокер» становится страшнее своего коллеги «Оно 2», вышедшего буквально за месяц и того не желая.
Картина невероятно, но в тоже время приятно, вязкая, тягучая. Готем не черный, белый, не цветной, он серый. Всепоглощающий, рутинный, переполненный социальными проблемами. Разве вы никогда не обращали внимание на мир вокруг в те (не)редкие моменты, когда спадают розовые очки? Разве не могло все это быть срисовано с настоящей жизни, реальной истории? Или же, чтобы «Джокер» понравился абсолютно всем, нужно перед открывающими титрами написать большими буквами «Основано на реальных событиях?».
Не выпускайте клоунов
Я вас прошу не вменять ленте оправдание воспитанных злым обществом психопатов. Каждый психопат, как личность — набор случайных жизненных событий и опыта из них рожденного. Появился ли Джокер после убийства «детей Уолл-Стрит» в метро? Или когда узнал о своем истинном происхождении? А может присутствовал сексуальный мотив, спровоцированный улыбкой соседки (Зази Битц) в лифте? Можно бесконечно строить теории и, в конечном счете, не найти отрывную точку. Хотя она определенно есть, ведь финальный Джокер, растирающий по щекам кровь — принцип домино.
Так что же? Жить в маске? Считаться со всеми, кто называет нас клоунами? Вопрос открытый и каждый по-своему на него ответит. Артур лишь показал, какой выбор сделал, а Тодд запечатлел его последствия.
That's Life.