И не только с харизмой. А с шикарной техникой, великолепной пластичностью, хореографией. И с идеальным музыкальным слухом.
Чем мне нравятся японские фигуристы (и Юдзуру тут не исключение) - так это особенным эстетством в катании. У японцев в принципе уникальное чувство красоты и гармонии. Красота по-японски - это именно гармония в красоте, очень четко выверенная гармония цветов и звуков, и их сочетаний. Здесь нет ни капли хаоса. Даже если хаос подразумевается - это четко выверенный хаос, иной хаос, рассчитанный с математической точностью. Красивый - но очень по-своему.
В Юдзуру Ханю есть что-то штормовое, хаотичное, даже ледяное. Эдакий неукротимый ледяной шторм, дух ледяного шторма в горах. Стремительный, резкий, свободный. Но в этом ледяном шторме движение каждой снежинки просчитано с математической точностью.
Юдзуру Ханю немного похож на Кая, такого, каким бы он был, останься со Снежной Королевой. Ну, и если бы Кай был настоящим японцем.
Математики, любящие красоту - таковы японцы. Таков и Юдзуру. Из льдинок обязательно надо складывать слово "Вечность"? А может быть, имеет смысл сложить слово "Красота"?
Итак, короткая программа. Она особенно отражает снежно-порывистую натуру Юдзуру Ханю. Сперва - резкость и сдержанность. Потом - смена музыки, - смена эмоциональной картины. Движения резкие, очень живые, при этом по-прежнему каждое из них рассчитано с математической точностью.
Очень красивый, и весьма подходящий костюм - блуза с льдисто-снежным узором, который отливает голубым. Лед, отливающий голубизной под зимним солнцем.
Произвольная программа Юдзуру Ханю вызвала ассоциацию с поздним ноябрем. В горах Японии свистит ветер, на краях листьев, которые трепещут под ветром, льдистые замерзшие иглы. В такой вечер не очень-то приятно идти к источнику за водой... Зато как хорошо вернуться в натопленную хижину, где на полу зимние циновки, горит очаг, а огне варится что-то вкусное.
Или... в современном варианте... Можно, тепло одевшись, выйти и пройтись по горным тропам, пока они не заледенели и не стали скользкими, обязательно захватив с собой фотоаппарат. Можно фотографировать сумерки, листья, с льдистыми краями и посеребренными прожилками, а также шумящий водопад, который вот-вот замерзнет. А в современной хижине тепло, уютно, и ждет современный ноутбук, куда можно залить фотографии ноября в японских горах. Но по-прежнему горит огонь, хотя сейчас он исполняет больше декоративную функцию, и также варится рис для новой порции горячих суши.
Вот такие ассоциации, целые визуальные картины, взывает лично у меня произвольный прокат Юдзуру Ханю. Здесь и лед, и снежная крупа, и свист ветра в горах в ноябре, но здесь же и тепло огня, и уют очага, где ждут. Все сразу. Гармония музыки, скольжения, прыжков, костюма. Балет. Мелодия, обретшая плоть и кровь. Ожившая картина.
А после прокатов японскому Каю кидают Винни-Пухов. Что ж, и у ледяного мальчика могут быть вполне свои предпочтения. Впрочем, этой привязанности есть объяснение. Однажды в Японии случилось землетрясение (к сожалению, в Японии это не то чтобы редкость). Юдзуру в это время тренировался на катке, а быстро снять коньки и выйти, когда резко начало трясти, оказалось сложно. По случайности, рядом с Юдзуру на катке оказался плюшевый Винни-Пух... Все закончилось хорошо для фигуриста.
С тех пор Юдзуру считает Винни-Пуха своим личным талисманом.
В подарок золотому чемпиону Юдзуру Ханю картинка с изображением его талисмана с букетом алых роз.
Читайте, присоединяйтесь, ставьте лайки. Впереди финал Гран-При!