Дело «Доктор-тиран». Часть 2. Суд.
С марта по ноябрь длилось судебное разбирательство, в котором муж, доктор частной клиники, главврач, в течение долгого периода избивал свою жену и детей, но из-за того, что женщина находилась в материальной и личной зависимости от него, терпела и смиренно ждала конца, пока однажды не решилась на побег. Я писала об этом деле здесь
Иск о расторжении брака, определении места жительства детей и взыскании алиментов нами был подан уже через неделю после обращения ко мне. На первом же заседании адвокатом мужа был предъявлен встречный иск с такими же требованиями, а главным основанием было то, что жена несколько раз проходила лечение в психиатрических лечебницах, в связи с чем, детей оставлять с ней якобы нельзя.
Это был ужасный процесс в плане аморального поведения адвоката мужа, включая утверждения о том, что моя клиентка настолько не владеет своей психикой, что однажды избавится от детей через окно и выпрыгнет сама.
Самое страшное в этом брачном союзе было то, что жена попадала в психиатрические больницы исключительно после очередного скандала с мужем, не гнушавшегося задействовать свои кулаки в воспитательных целях.
Я не вправе публиковать фотографии мяса вместо лица и тела моей подопечной, но, главное, что суд их видел.
Непонятно мне было, по какой причине сотрудники правоохранительных органов, зная, что на их территории проживает семья, в которой домашнее насилие цветет маковым цветом, делали все для того, чтобы ни одно уголовное дело так и не было возбуждено.
Но это мое непонимание исчезло в мгновение ока, когда в суд пришли свидетели со стороны мужа.
Согласно пункту 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса РФ:
«Свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности».
Первым свидетелем был как раз участковый! Тот самый участковый, который видел мою подзащитную, принимал неоднократно у нее заявления об избиениях, но, как он пояснил в суде под протокол, женщина приходила на следующий день и забирала их!
И у этого, простите, не буду употреблять нецензурные выражения, служителя правопорядка, ни в какой точке мозга не торкнуло, по какой причине запуганная женщина, у которой еще не зажили синяки и раны, отзывает заявление???
Согласно пункту 4 подпункта 1 статьи 12 Федерального закона «О полиции»:
«На полицию возлагаются следующие обязанности:
выявлять причины преступлений и административных правонарушений и условия, способствующие их совершению, принимать в пределах своих полномочий меры по их устранению; выявлять лиц, имеющих намерение совершить преступление, и проводить с ними индивидуальную профилактическую работу; участвовать в профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних; участвовать в пропаганде правовых знаний».
А вторым свидетелем был дежурный, принимающий вызовы граждан! Два свидетеля - и оба полицейские! Да какие они правоохранители, если пришли в суд показать свою никчемность и неспособность выполнять обязанности полиции?
Мы выиграли суд. Суд принял единственное законное решение, оставив детей с матерью, потому что для суда, если бьет, это не значит, что любит, это значит лишь то, что где-то кто-то плохо выполнил свою работу, а потому доктор-тиран еще не под приговором. Сроки давности по обращению в полицию с заявлением об избиении уже, к сожалению, прошли.
Но у тирана еще все впереди, и я уверена, когда-нибудь ему встретится та самая женщина, которая доведет дело до конца, познакомившись с его кулаком однажды.
Всем гармонии в семье!