1. На заглавном видео два молодых гения – Томас Прайор и Навид Азоди – демонстрируют перчатки, которые помогают немым сделать их язык понятным для окружающих – жесты интерпретируются и озвучиваются компьютером:
https://www.youtube.com/watch?v=YByMlS2rkq0
Это изобретение выиграло в 2016 году студенческую премию Лемельсона в Массачусетском технологический институте (сами участники из Вашингтонского университета). Если посмотреть на видео проектов победителей за текущий год, мы также увидим приборы для облегчения жизни инвалидов, средства медицинской диагностики, технологию очистки воды и так далее:
https://www.youtube.com/watch?v=ocdcFA1LmMQ
Молодых людей материально стимулируют решать вполне конкретные практические задачи. Премия Лемельсона вручается с 1994 года, приз для взрослых составляет 500 тысяч долларов (32 миллиона рублей), а для студентов – 10-15 тысяч долларов (640-960 тысяч рублей):
https://lemelson.mit.edu/studentprize
Ближайшим российским аналогом, который удалось с ходу найти, является премия ВОИР (Всероссийского общества изобретателей и рационализаторов), основанная ещё в 1957 году – однако, после долгого перерыва возрождённая Российской академией наук лишь в 2017 году (вот вам ответ на вопрос, зачем нужна была реформа РАН – до этого академики почему-то не торопились поддерживать инновации):
Сохраняется, однако, некоторая проблема: размер российской премии составляет лишь 1 миллион рублей для взрослых и 50 000 рублей для молодых изобретателей. Даже после пересчёта по паритету покупательной способности (умножаем российские цифры примерно в 2,5-3 раза) налицо значительное отставание от американских призов. Тем более, что если брать конкретно сферу технологий (покупка электроники и прочего оборудования, нужного для изобретений) коэффициент пересчёта по ППС будет куда ниже, а значит, отставание от США – ещё больше.
Чтобы прекратить разговоры об утечке мозгов – равно как и саму эту утечку – необходимо приблизить объёмы денежного стимулирования настоящих российских учёных и изобретателей к их коллегам из США и ЕС. Даже если для этого потребуется сократить финансирование вузов, выпускники которых не работают по специальности, а также тех НИИ, которые много лет не выдают практических результатов.
2. Типичный лондонец и его типичный костюм для прогулок выглядит теперь не вполне так, как мы представляли ещё 20 лет назад:
В подписи к картинке говорится: «Житель Лондона, сделавший себе кольчужный бронежилет, чтобы защититься от преступных нападений с ножом». Что же, за изобретение парню вполне можно поставить пять: хотя оно и не новое, но привлекло к себе крайне много внимания.
В одном из более, чем 900 комментариев на 9gag пишут, что «мультикультурализм в Британии, наверное, достиг пика, раз Лондон вернулся в Средневековье».
3. К вопросу о том, как работает свобода слова на Западе. Американский Твиттер заблокировал российский проект «Хорошие новости»:
https://ria.ru/20191125/1561550350.html
Соцсеть Twitter без объяснения причин заблокировала официальный аккаунт проекта «Хорошие новости», сообщили его авторы.
Отмечается, что на этой странице ежедневно публиковали «видеоролики об основных достижениях в российской экономике, науке, культуре, спорте, социальной и иных сферах».
https://lenta.ru/news/2019/11/25/blocked/
По словам создателей проекта, поддержка Twitter не направила официального уведомления о причинах блокировки и не отвечает на запросы. «Проекту всего несколько месяцев, но только в октябре хорошие новости в Twitter получили более шести миллионов просмотров», — сообщили авторы.
Как я ранее уже писал, Твиттер перед выборами президента США взял курс на запрет политической рекламы, опасаясь обвинений в сотрудничестве с русскими троллями (в отличие от Фейсбука, которому терять нечего и от русских троллей свою репутацию уже не отмыть).
Поэтому то, что происходит сейчас с «Хорошими новостями», вполне может оказаться проявлением не государственной, а корпоративной цензуры (перестраховка со стороны ленивых сотрудников Твиттера).
Хотелось бы надеяться на это. Грустно, знаете ли, в очередной раз наблюдать, как рушится сияющий образ града на холме, в котором царит свобода и демократия. Даже если по поводу этого образа давным-давно и не было никаких иллюзий.