Однажды я работала с мужчиной, у которого были трудности в отношениях с женой. Жена была им недовольна, как мужчиной, он недостаточно зарабатывал, не был рукастым, не был мужиком в доме, избегал сложных и решительных ситуаций. Она даже сама его ко мне на прием записала. И привезла.
Мужчина очень хотел измениться. Он был открыт, эмоционален и очень...послушен. Он со всем соглашался. С гипотезами, с ощущениями, даже с моими провокациями.
В какой-то момент нашей работы я стала чувствовать раздражение. Раздражение от того,что у меня происходит несовпадение моего внутреннего и внешнего. Внешне я вижу взрослого мужчину, а внутри себя ощущаю его...бесполость...детскость.
Я ему об этом сообщила и мы отправились в начало личной истории.
Он был единственным ребенком в семье.Родители поженились студентами, потому что женились все,но особой любви друг к другу не испытывали. Первенец, девочка, умерла через неделю после родов, и мать тяжело переживала потерю.Через год с небольшим родился сын, "крупный, горластый мужик"- по словам отца. "Беспокойный, пухленькая капризуля"- по словам матери.
Отец, как было принято в то время, много работал, много пил и мечтал о светлом будущем.В темном настоящем у него ожидаемо появилась другая женщина. Мать сосредочилась на воспитании ребенка.Она его очень любила.
Очень. Она любовалась его красотой, милотой, одевала в яркие одежки, покупала игрушки, выполняла любой каприз.
За любовью стояла скорбь. Скорбь о не сложившейся любви, о неудачном замужестве, о потере первенца-дочери. Любовь с примесью горя вымещалас на сыне. Мать говорила ему какой он красивый,добрый, хорошенький. Она долго не стригла ему волосы, не разрешала много бегать на площадке и залезать на деревья. Она часто целовала его и засыпала с ним в обнимку. Его имя она уменьшила до похожего на девочкино и ласково его им называла.
В семейной психотерапии такая динамика в отношениях называется "замещающий ребенок".
Мальчик-девочка не ходил в детский сад, с ним сидела соседка- пожилая учительница на пенсии,она его готовила к школе и берегла,как зеницу ока.
Попытки отца принимать участие в воспитании сына,заканчивались мамиными истериками по поводу разбитых коленок мальчика, который осваивал велосипед или грязных рук после костра на рыбалке. Мама считала, что пьющий и гулящий отец ничему хорошему не научит ребенка и вытеснила мужа из своей жизни. А затем и из жизни сына.
В школе мальчика все любили. Он был очень коммуникабелен, галантен, аккуратен. Он был старостой, пионервожатым, комсомольцем. Девочки ходили за ним хвостом, учителя молились, чтобы он закончил педагогический и вернулся в родную школу.
В пубертате мальчика вынесло. Он уехал на лето в другой город пожить с отцом. Отец работал механиком и все лето они перебирали двигатели и дышали бензином. Это время он вспоминал, как самое счастливое и ресурсное. По возвращению, он объявил матери, что будет поступать не в медицинский ,не в педагогический, а в МАИ.
В институте учится было легко,весело и интересно. Было много много планов на будущее, и очень много свободы.
Он почти перестал ночевать дома. Это привело его к ранней женитьбе на однокурснице. Она была очень заботливая, внимательная и любящая... И тревожная.
А дальше не хватило сил выйти из родового сценария. Он обрюзг, ослаб, растекся и передал жене полномочия за свою жизнь. Он стал маленьким ребенком непонятного пола...
Ну а я,чтобы не поддерживать сценарий, отказалась от работы и переадресовала запрос клиента в психоаналитическую группу, где есть поддерживающие символические мама и папа. Они пара и они видят тебя, таким какой ты есть. Видят какой ты, какого ты пола и разрешают расти. И есть все шансы родиться снова, в символическом смысле, в символической семье. Стать реальным для реальной, настоящей жизни.
Татьяна Безух, семейный системный психотерапевт ( личный кабинет м. Бауманская)
Другие публикации автора на тему семейной психотерапии: