Мой первый ребенок родился путем кесарева сечения.
Я абсолютно ни от кого этот факт не скрываю, более того, я очень этому рада.
Правда, не избежала я и комментариев типа:
"Тебе ребенок на халяву достался" (конечно, ведь полостная операция - это так, пустяки)
"Что ж ты ради сыночка-то не постаралась сама уж как-нибудь? (как будто это от меня зависело)"
Да и, если уж быть честной до конца, я хотела кесарево. Да, я одна из тех немногочисленных женщин, которые хотят родить ребенка путем кесарева сечения просто потому, что не хотят рожать естественно. Хотя роды с эпидуралкой, окситоцином, прокалыванием пузыря, таблетками мефипрестона, палочками ламинарии и иже с ними я с трудом могу назвать естественными, даже если происходили они через место, задуманное природой. А у меня, тем более, были проблемы со здоровьем - повышалось давление всю беременность, проблемы со зрением, щитовидкой... Не критично, но, как говорится, лучше перебдеть, чем недобдеть.
Про свои роды я напишу как-нибудь потом, я сейчас не об этом. Если моя статья поможет хоть одной-двум роженицам из тысячи - я уже буду рада. Честно.
Сама операция прошла легко. Я не боялась, я шла на нее с чувством облегчения и уверенности, что сейчас точно все будет хорошо. Мне делали спинально-мозговую анестезию (СМА). Вопреки отзывам (хоть у меня уже были усиленные окситоцином болючие схватки), поставить укол в спину оказалось не проблематично - в нужный момент я согнула ее, как нужно (схватка не помешала), укол (точнее, 4 или 5 уколов) не болезненный абсолютно, подействовала анестезия быстро.
Дальше операция, первый крик моего сына, первое соприкосновение с ним, меня зашивают, отвязывают от операционного стола, перекладывают на каталку, везут в палату интенсивной терапии (реанимацию). До утра в реанимации, на капельницах, потом переезд в палату вместе с малышом.
Примерно на третий день у меня начинаются ужасные головные боли. Боль начинается с затылка (как будто сверлят мозг), немеют плечи и руки. Держать ребенка и кормить его нереально. От боли текут слезы.
Но. Это самое важное.
БОЛЬ ПРОХОДИТ В ГОРИЗОНТАЛЬНОМ ПОЛОЖЕНИИ.
Т.е., сижу - голова раскалывается, ложусь ровно - боль мгновенно проходит.
Иду к оперировавшему меня врачу. Она сначала спрашивает про давление, а потом узнает, что лежа голова не болит. И меняется в лице.
Потом через пару часов приходит анестезиолог, назначает цитрамон (по 2 таблетки 4 раза в день) и пить больше жидкости.
Цитрамон не помогает от слова "совсем". Жидкости много пить нельзя - можно спровоцировать лактостаз (и тогда к больной голове прибавится больная грудь). Немного снимают боль уколы обезболивающего, положенные всем женщинам после операции.
На следующий день боли все сильнее. Слезы текут ручьем, обезболивающий укол облегчает ситуацию часа на 3-4. Приходит зав.анестезиологией и назначает капельницы - физраствор, баралгин, кодеин. Объясняет, что со мной.
Я попала в немногочисленный процент пациентов, у которых возникли постпункционные головные боли. Согласно статистике, сейчас это осложнение после СМА встречается в 2,5 случаях из 100 (примерно).
Суть осложнения в общих словах: прокол от введенного обезболивающего вещества зарастает медленнее, чем должен. Спинно-мозговая жидкость начинает подтекать, возникает разница давления, возникают острые боли (это насколько я поняла из объяснения врача и интернета).
Лечат по-разному. Быстро и просто сделать "пломбу" из крови самого пациента. Берут кровь (из вены, наверное), потом вводят ее в место введения обезболивающего, "запечатывая" прокол.
Могут поставить капельницы с обезболивающим и физраствором. Я 3 дня приходила прокапываться (по 2 флакона за каждый раз). После 3-й капельницы мне полегчало, боли ушли и не возвращались.
Могут выписать цитрамон и рекомендовать пить больше жидкости. Мне цитрамон не помог.
И хоть постпункционные головные боли - это осложнение в принципе после операций с применением СМА (т.е., не только кесарево), но львиная доля приходится именно на эти операции. Это связано с тем, что женщины страдают от этого осложнения в 2 раза чаще, чему мужчины.
Если бы я о нем знала, наверное, я была бы к этому осложнению готова, хотя бы морально. Прибавьте сюда орущего (от голода) ребенка, боль и ограниченность движений от шва, бессонные ночи...
В те дни я реально иногда ловила себя на мысли, что вот оно, окно... Спасала вера в Бога (и второй этаж перинатального центра).
Но я точно знаю одно: если я когда-нибудь (лет через 5) соберусь за вторым ребенком, я все равно буду просить кесарево. Врачам я доверяю больше, чем себе.