У меня слово "себяшка" (это, если что, родной эквивалент для "селфи") вызывает зубовный скрежет. Почти такой же, как предложение менеджера называть управленцем, а рекламиста (прости Господи) глашатаем.
Проблема в том, что слова не просто "что-нибудь значат". У них есть семантическое наполнение - грубо говоря, спектр значений, который позволяет нам отличать ужасного журналиста от одиозного, а оригинальный айфон - от оригинального узора. Поэтому топорная замена заимствованного слова на "исконно русское" (а это, кстати, какое?) не только не поможет, но и внесет, в известном смысле, сумятицу.
Модные гамаши
Помню такой случай: на занятии по какой-то условно языковедческой дисциплине дали творческое задание - сначала выделить недавние заимствования, а потом подобрать к ним русскоязычные эквиваленты.
Дело, конечно, пошло весело. Одна студентка выбрала слово "лосины". С заменой получилась заминка: пришлось покопаться в интернете, - но в итоге она выдала: модные гамаши.
Чувствуете, да?
Преподавательница сказала, что в этом словосочетании все еще есть заимствование. Тогда группа предположила французское происхождение слова "гамаши" - к "модным" вопросов не возникло...
Оба этих слова, конечно, заимствованные. Но словосочетание "модные гамаши" звучит уже старо; это заставляет нас - или, во всяком случае, заставило эту конкретную студентку - предположить, что оно русское. Что наводит на мысль: "русскоязычный" (в значении "незаимствованный") вообще ассоциируется с "архаичный". Даже у тех, кто (пощадите ваши нежные глазки) топит за замещение иноязычной лексики "себяшками" и "управленцами".
Варваризмы
Варваризмы - это так называемые излишние заимствования, заменяющие слова, которые в русском языке уже есть. Например, "фиксить" вместо "исправлять" или "чинить", "юзать" - вместо "использовать". Варваризмы называют "ненужными словами", в их названии как будто содержится некоторая оценочность....
Но оценочность - кажущаяся.
На самом деле "варваризм" - это степень ассимиляции (освоенности) слова, и не более того. Также различают экзотизмы и полностью ассимилированные заимствования - такие, как "мода" из предыдущего примера, не ощущающиеся пришедшими из другой культуры.
Уровень варваризма проходят далеко не все слова, заимствующиеся из другого языка. Допустим, благополучно остались в петровском времени ревизион- и берг-коллегии, не вошли в обиход надолго "пэренты" и "герла". Некоторые переходят на уровень экзотизмов. Это происходит прямо сейчас, например, со словами "тян" и "кун", уже произошло с "суши".
Экзотизмы - это слова, прочно закрепившиеся в языке, но все еще ощущающиеся инородными.
Вокруг варваризмов - впрочем, как и вокруг жаргонизмов, и диалектизмов, и - особенно - мата, - всегда очень много споров, и большая их часть носит скорее спекулятивный характер. О варваризмах, допустим, говорят, что они "варварски захватывают русский язык".
Необходимо пояснить, почему варваризмы так называются.
Речь, конечно, о степени узнаваемости слова. Племена варваров получили свое название благодаря тому, что эллины не понимали их языка (или, скорее, языков). Проведем параллель: варваризмы еще не ассимилированы, не понятны на уровне закрепленной культуры.
Спор шишковистов и карамзинистов
Я не стану рассказывать много об истории развития этого спора. Скажу лишь, что это он породил знаменитую фразу "Хорошилище грядет по гульбищу с ристалища на позорище в мокроступах и с растопыркой".
Она была придумана карамзинистами - сторонниками заимствований, - в ответ шишковистам, ратовавшим за чистоту русского языка. Буквально перевести ее со слишком русского на приемлемо русский можно следующим образом: "Франт идет по бульвару из цирка в театр в галошах и с зонтиком".
Эта пародия не выросла на пустом месте. Шишков предлагал кардинально реформировать русский язык: фонтан называть водометом, библиотеку книжницей, а кий (тот, что для бильярда) - внимание - шаротыком.
Язык народа
Русский язык - это язык русской нации (Словарь лингвистических терминов Т.В. Жеребило). На практике это значит, что только народ может определять - чаще неосознанно, чем сознательно - что в языке приемлемо, а что нет.
Язык определяет картину мира, но формирование картины мира изменяет язык. И если для современного человека приемлемо говорить "я чилю", описывая вечер за томиком Тургенева - значит, сегодняшний мир - мир человека разумного чилящего. Еще недавно - релаксирующего. До этого - предающегося культурному досугу. И так далее, и так далее...
Язык - это пульсометр времени. Чтобы изменить состояние здоровья, вы не станете подкручивать пульсометр, верно?