Про П.О.Н.Т.Ы и fucktы
Хэлова! Продолжаем рассуждать о том, почему Россия не Британия.
В Британии – важен алгоритм создания ресторанного продукта – четкая последовательность действий, нерушимая и неопровержимая как выход «Times». Все придумано, продумано и предсказуемо. Выстрелит бизнес или нет – этого никто, разумеется, гарантировать не может. Но то, что при грамотном соблюдении всех этапов постройки и настройки бизнеса, вы откроетесь и заведетесь (скорость – это отдельный вопрос), это факт. В России – тоже можно попробовать построить бизнес по-британски, но это – fuckt.
Вирус П.О.Н.Т.Ы. тут наперекор Роспотребэпидем и прочим надзорам заразил всю хореканскую почву. Понты тут, как известно, дороже денег. И тут уж точно без хорошей порки не обойтись. Итак, расшифровываю:
П – прожектерство. Тут не проектируют, не корпят над разработкой идей, а думают, что и так само как-нибудь прокатит. Ну, потому что идея-wow, авторы –wow и инстаграмненько так, что ваще больше ничего для счастья не надо! Да и еще магия авося просто обязана сработать на местности. А еще это трындеж на букву «п» и пелевинский пес «п-ц», который ожидает каждого такого недохореканца в финале его ресторанного квика.
О – объеб. Мягко говоря, грубо выражаясь. Обдури ближнего своего бессмысленно и беспощадно - заповедь, мантра и превентивное оружие, ибо, если не ты, так тебя.
Н – нытье и нудеж. Не модный nude, а бесконечные разговоры про то, что наш проект, конечно, европейский, но публика до него не доросла, не готова. Иногда это справедливые слова, но нах вы открываетесь тогда? Не гнобите, а тяните потребителя за собой. Только не щипцами, а лаской.
Т – тормознутость. Все тут «медленно и неправильно», как говаривал Венечка Ерофеев и часто кратчайший путь для удаления гланд тут через жопу.
Ы - Все тут через «Ы» как в однобуквенном фильме «Операция «Ы»: как герои планировали и воплощали ограбление, так у нас работают над запуском ресторанов. Ну и крЫмское санкционное «ы» тут тоже сказывается. И тупой ыыыыы-смех над клиентами, коллегами, собой (?) вообще всем вокруг - это тоже характерная черта местных заведений.
П.О.Н.Т.Ы. эти вполне себе экспортные. Россияне провозят их через границу, и ни один металлоискатель не реагирует на этот металлолом. Собственно, эти понты на пышной денежной подложке и сослужили славу России за рубежом, как края миллионеров. Да я и сам воочию наблюдал, как отпрыски богатых семейств спускали папочкины-мамочкины состояния не на учебу, а на куда более забористые препараты. Я об этом книге цветасто пишу. Это, кстати, в традициях России: здесь всегда одно поколение наживало, а другое – транжирило. Эта «золотая молодежь» (впрочем, не все то золото, что блестит) создала стойкий миф о России, как земле, текущей баблом и наликом, что открыло много новых рабочих мест для русскоговорящего и разводящего персонала в бутиках а-ля Harvey Nichols...
П.О.Н.Т.Ы. передаются воздушно-капельным путем и откладывают личинки в мозгах и рестораторов, и публики. Не хочу никого обидеть и свято верю в исключения, но именно русскоязычная публика вся такая внезапная, такая противоречивая вся, и любит застолбить себе место, а потом не прийти. Разумеется не предупредив. У нас даже негласное правило заведено: если столик бронирует британец, мы спрашиваем у него номер телефона и e-mail. Если же звонит носитель рунглиша и с акцентом просит забронировать лучший стол да поскорее, то помимо телефона, адреса и номера кредитки мы просим скан справки об отсутствии судимости (последнее, впрочем, шутка, а вот номер карты – все-таки хотя бы какая-то гарантия от подлянок в виде отмены визита). Так происходит потому, что москвичи привыкли (их приучили) к огромному выбору заведений. Перемещается она по всем известным маршрутам стайками или косяками, как рыбы на нерест. Если закрытая вечеринка в Happy End , то не надо быть Холмсом, чтоб знать, где будут скисать московские сливки. Ну и далее по известным явкам и адресам.
И вот привыкшая к московскому изобилию и собственной избранности публика начинает чувствовать себя в Лондоне как дома и пофыркивать чуть что не так…
Продолжение следует