Я не сразу её узнал. Вернее, я и не знал её такой. Взрослой, дерзко красивой, серьезной... только смешинки в глазах выдавали Саню.
- А тетя Женя здесь? Я ищу её. Я Вас знаю. А Вы помните меня?
Я впустил её в квартиру.
- А тетя Женя?..
- Она уехала.
- Жалко... Я тогда пойду.
- Не уходи. Выпей со мной чай. Расскажи что-нибудь.
Почему она не ушла тогда сразу? Почему осталась?
Саня, смешинки в глазах. От красного вина их стало ещё больше. Она смеялась моим словам. Взрослым, стыдным. Она разрешила говорить их, она не запретила мне целовать её. В безрассудной радости от нарушения всяких запретов мы бросились навстречу друг другу, едва зная что-либо друг о друге. Саня, в моей белой рубахе, с бокалом вина. Смешинки из её глаз прыгали прямо в высокий старомодный бокал. Она пила вино и смеялась. Зимний воздух затекал в форточку. С трепетной осторожностью я отрывал тонкие лепестки... Бесконечная ночь, русые волосы на подушке, белые плечи в моих руках. Сладковатый запах ее дыханья.
А потом я провожал её на вокзал. Она ждала от меня чего-то, мне самому казалось, что я готов на что-то, но паровоз издал два протяжных гудка, она вошла в потный вагон, и поезд умчал её в снежную долину куда-то между Мухолюбском и Нижнеднищем.