По крайней мере, все, что я фотографирую, точно вторично.
Даже, если я спохватываюсь быстро, тот самый момент уже прошел.
Конечно, бывает, что мной по следам бегает целый день фотограф.
На Дне рождения или на свадьбе.
Но как это мало в разрезе всей жизни….
Да и будь я Ким Кардашьян, этого бы не было достаточно тоже.
Разве может быть фотография того, как…
…я впервые увидела море.
…мальчик, который мне нравился, вдруг обернулся и посмотрел на меня.
…я купалась ночью в лунной дорожке.
…мне сказали: «Вы здоровы».
…мы впервые встретились взглядом с моим будущим мужем.
…я помахала сестре в аэропорту после долгой разлуки.
В эти мгновения я меньше всего думала о снимке.
Когда мы с мужем катились ночью по Сене и утопали в огнях, после очередного моста и у него, и у меня опустились руки. В горле появился ком.
Мы оба почувствовали, что должны вдохнуть этот момент и сохранить в себе, а не на в фотоаппарате с высокой выдержкой или в телефоне с большим объёмом памяти.
Я поняла, что я сильно нагрешу фотографируя сейчас.
Такие моменты даются для проживания.
Для радости, для сдавленного горла и дрожащих рук.
Для шума в ушах и мушек перед глазами.
Для того, чтобы щипало в носу, а между лопаток стало больно от прорезающихся крыльев.
Такие моменты даются для запоминания.
Для волнения и мурашек по коже.
Для боли за грудиной и пульса под сто.
Для того, чтобы не хватало слов, а нервы выворачивало наружу.
Наша память – как кинопленка, в ней запечатываются самые интересные и яркие кадры.
Причем сразу с саундтреком и спецэффектами, которые видит только наше сознание.
Наверное, поэтому люди так любят кино, театр и вообще искусство – они наиболее близко воспроизводят то, что на самом деле происходит внутри.
Передают силу момента и состояние души.
У нас нет фотографий тех мгновений, когда нам было особенно хорошо.
Когда мы были настоящими.
Когда мы были живыми.
И это правильно.
Так и должно быть.