Когда судьи действуют на международной арене, существует вероятность того, что их соприкосновение с иностранным правом приводит к сближению правовых идей, приводя внутреннее законодательство в соответствие с международным правом.
Совершенствуя свое понимание этих концепций, мы можем приступить к обсуждению того, каким образом правовая интеграция в вертикальной и горизонтальной формах может привести к сближению или расхождению в судебной практике национальных судей.
С одной стороны, ожидается, что интеграция приведет к сближению позиций, а с другой стороны, новые правила и процедуры могут сочетаться с традиционной правовой системой, создавая дополнительные различия в законодательстве, что приведет к расхождениям.
Конвергенция правовых норм происходит тогда, когда две или более правовых систем, начиная с разных, а иногда и очень разных государственных норм, со временем эволюционируют в весьма схожие между собой, встречаясь в некотором роде на среднем уровне.
Правовые расхождения возникают тогда, когда две или более правовых систем остаются раздельными или потенциально раздвигаются до крайностей.
Совпадение правовых норм подчеркивает важность времени, показывая процесс, посредством которого две или более правовых систем "становятся", а не "становятся более похожими друг на друга".
Конвергенция - это сложное явление, которое может иметь место на материально-правовом, процедурном и/или институциональном уровне в рамках правовых систем, не являющихся монолитными образованиями.
Конвергенция как понятие "предает детерминированную логику", когда сильное эволюционное движение закона от двух крайностей движется в сторону аргументированной средней позиции.
Расхождения часто связаны с отсутствием эволюционное изменение и статическая, непримиримая правовая система, которая не включает в себя изменения.
Известным примером такого крайнего сближения является толкование английской и французской судебными инстанциями обязательного характера решений национальных судов, которое начиналось с крайне различных позиций.
Английские суды между концом девятнадцатого века и Практическим заявлением 1966 года признали обязательное решение прецедента настолько незыблемым, что любое "ошибочное" решение Лордов, каким бы "ошибочным" оно ни было, должно было соблюдаться каждым нижестоящим судом и всеми будущими Лордами.
После создания прецедента он не может быть изменен, если только Британский парламент не примет новый закон по этому вопросу, который изменит порядок рассмотрения будущих дел.
Это объясняется тем, что в английской системе только такое строгое прочтение решения проблемы, как "взгляд сверху вниз", может рассматриваться как согласующееся с правовой и политической историей, в соответствии с которой только парламент имеет право изменять закон посредством парламентского примата.
Другая крайность проявляется во французской системе через Кассационный суд, французский суд последней инстанции, известный на английском языке как Кассационный суд. Раньше Кассационный суд мог только отменять решения нижестоящих судов и направлять дело вместе с решением об отмене в соответствующий нижестоящий суд.
Суд низшей инстанции не был юридически связан решением Кассационного суда, который неоднократно начинал турнир по настольному теннису между двумя игроками, который было чрезвычайно трудно разрешить. Суд низшей инстанции, получивший решение об аннулировании, мог бы, вероятно, вынести тот же вердикт по той же логике, поскольку он не был связан с прецедентом вышестоящих судов.
В истории французского права и политики судьи связаны положениями писаного кодекса, а не другими судьями. Поэтому судьи всегда должны независимо толковать законы без учета прецедента.
Сегодня лорды и судьи Верховного суда Великобритании освободились от абсурдной обязанности следовать всем прецедентам, каким бы ошибочным или ошибочным они ни были, и теперь французские судьи обязаны следить за аннулированием решений Кассационного суда без каких-либо средств судебной защиты только для судов низшей инстанции.
Британцы и французы достигли разумного компромисса между тем, чтобы позволить прецеденту быть настолько непреодолимым, что пародия на правосудие повторяется с осознанием того, что это ошибочные решения и позволяет прецеденту иметь практически никакой смысл, что делает высшие суды слишком слабыми для утверждения какой-либо власти над судами низшей инстанции.
После небольших постепенных изменений, произошедших со временем в результате двух различных идеологических крайностей в политике, британцы и французы пришли к умеренному, среднеуровневому толкованию прецедента.
Конвергенция не должна толковаться узко, чтобы означать, что все передовые правовые системы объединятся на одной естественной аргументированной средней позиции или что идеологический и политический выбор в законодательстве будет постепенно стираться, или что каждый движется к середине, после того как некоторые правовые системы, такие как США, приняли обоснованную позицию о прецеденте начала 1800-х годов, на что Франции и Великобритании ушло более века.