Он бил меня всем, что попадалось под руку.
Мой отец всегда был неуравновешенным. Бывший военный. После горячих точек и бесконечных участий в войне, у него совсем поехала крыша.
Сначала все рукоприкладства были «обоснованными».
Плохо вела себя в музыкальной школе (смеялась, ребёнок 8 лет) - держи удары сухими прутьями по спине.
Не убралась в комнате - удары по ногам, резиновым проводом от пылесоса.
Не хочешь есть кашу - пощечина.
В ход шло все, что лежало под рукой. Граненый стакан в лицо, утюгом по пальцам, милицейской дубинкой по почкам.
Я вспоминаю своё детство, и меня прошибает холодом. Я по привычке съёживаюсь и зажмуриваю глаза.
Вся семья будто бы закрывала глаза, на его «воспитание»
А я помню по сей день, как же долго заживают шрамы на спине. Как больно спать, наклоняться, да даже дышать было больно!
Потом он начал пить....
Однажды, когда мне было 9 лет, я продавала на рынке помидоры. На заработанные деньги, я купила мороженное себе и сестре. Тогда его ещё подавали щипцами из киоска, без упаковки.
Я счастливая и довольная, тем что сама на него заработала, шла домой. Возле подъезда стоял он, с сестрой на руках. Пьяный, злой. В его глазах читался безграничный гнев.
Увидев его состояние, я сказала что не пойду домой. В голове моментально был построен план побега, сон на лавочке. Да хоть с бомжами на помойке, лишь бы не идти домой.
Он отправил сестру домой, а сам схватил меня за Волосы. Затащил в подъезд и со всей дури ударил головой о стену, и продолжал вести моим лицом по шершавой грязной стене до нашей квартиры. След от мороженного, которое было направлено в ту же стену,тянулся до третьего этажа. Открыв дверь в квартиру, он швырнул меня внутрь и ещё раз с силой ударил головой о перегородку.
Все потемнело...
Знаете, сколько раз я мечтала в жизни, чтобы это был мой последний день....
Но я очнулась, по моему лицу текла красная жижа и застилала глаза. Мне было настолько больно, что я боялась дышать.
Я не плакала! Я никогда в детстве не плакала! Слёзы выводили отца ещё на большую агрессию, поэтому для меня это была непозволительная роскошь.
Когда я очнулась, он стоял на коленях и рыдал. Просил прощение. Я привыкла к таким резким изменениям в его поведении и знала, какая эмоция будет следующей.
Он вытер свои слёзы, спокойно отвёл меня в ванну, смыл кровь с лица. И сказал, чтобы я молчала о том, что произошло. Если кто то спросит, то говорить всем что упала.
Так продолжалось ещё много лет, пока родители не развелись. Наконец то я смогла уехать от этого зверя.
Не понимаю почему мне досталась такая жизнь. Что же я могла сделать такого плохого, будучи ребёнком, чтобы заслужить эти наказания? За чьи грехи я рассчитываюсь по сей день?
Я поклялась себе, что больше никому не дам себя обижать.
Но в моей жизни появился новый зверь, более опасный...
Но это уже другая история.