Легенда. Часть 2

Проснулась от того, что Джей тряс меня за плечо и что-то кричал прямо в ухо. Вообще сплю я очень крепко, вытащить меня из сна утром – задача невыполнимая, посильная только Джеймсу, обладающему таким чудесным даром, как нереально громкий голос. С неудовольствием потянувшись, я сбросила плед и молча подняла взгляд на Сойку. Сойка – позывной Джеймса, потому что укороченный вариант его имени переводится именно так.

– Почему не на дежурстве?

Джей умел одним вопросом либо рассмешить, либо убить, хоть стой, хоть падай. Пристальный взгляд его голубых глаз сканировал меня, как рентген-аппарат.

– Устала, – буркнула я, опуская голову. Уснула во время своего дежурства. Стыдно.

– Не отговорка. Марш на пост.

Легко подхватив меня под руки, Джеймс заставил меня принять вертикальное положение и немного подтолкнул в спину, чтобы я не сложилась обратно в кресло. Такое уютное. Манящее…

Пока я топала до КПП, меня не отпускало ощущение того, что за мной кто-то наблюдает. Следит, рассматривает, пытается копировать и запомнить каждое моё движение. Несколько раз, когда это ощущение становилось нестерпимо сильно, я резко оборачивалась, но за спиной лишь шумели деревья, чей покой нарушал ночной прохладный ветер, и горел одинокий фонарь над подъездом корпуса С. В окне на втором этаже можно было различить тусклый свет: Джуди, одна из новеньких, боялась спать без свечей, а её соседка по блоку вешала на окна плотную тюль, чтобы снаружи свет не был виден так отчётливо. Но вокруг не было ни души, и мне стало не на шутку тревожно. Воображение выдавало картинки одну неприятнее другой, мрак окутывал окружающую местность, что-то тёплое коснулось моей руки, сжало запястье… Я сдавленно вскрикнула и отшатнулась, вырывая руку, споткнулась о какой-то корень и полетела на землю под оглушительный в звенящей тишине треск сухой ветки, на которую неосторожно наступила ногой в процессе падения.

– Долго ты меня ещё будешь бояться? – поинтересовалась Джоанна. – И где, позволь узнать, тебя носит с полуночи?

– Прости, Джо, уснула, – я поднялась, отряхнулась, посмотрела на неё как можно более виноватыми глазами. Джоанна включила фонарик, и тут же таинственный и пугающий полумрак рассеялся, разбитый жёлтым широким пятном, которое отбрасывал свет фонарика на землю.

– Так и знала, – девушка неодобрительно взглянула на меня, и я сделала вид, что увлечённо разглядываю поломанную только что сухую ветку. Листья на ней давно засохли, и ветер, путаясь в них, шуршал. Джоанна вытащила из ножен, прикрепленных к её брюкам, стальной клинок, и вложила его в мою руку. От тепла её ладоней рукоять оружия была нагрета, и это тепло передалось мне.

– Там кто-нибудь есть? – спросила я на всякий случай, останавливая Джоанну, уже собравшуюся идти в корпус и предвкушающую чашечку травяного чая.

– Если Нина и Марк ещё не ушли, то есть, – ответила она и, напоследок обняв меня, побежала отдыхать. В воздухе осталась лёгкая эссенция её сладких духов. Мне не очень нравился этот аромат – какой-то слишком резкий, что ли. Под стать самой Джоанне, прямолинейной, активной, порою немного грубоватой.

Когда я добралась до КПП, проклиная Джеймса и всех, кто смотрел сто двадцать пятый сон в корпусе, на меня накинулся Марк. Вообще я терпеть не могла, когда Марк на меня ругался или меня отчитывал. Первые года полтора, которые я провела с широко распахнутыми глазами и обострёнными чувствами, всеми пятью, я была без ума как от всего, что меня окружало, так и от Марка в частности. Мне очень нравились его чёрные вьющиеся волосы, обрамляющие светлое аристократическое лицо, высокие скулы, обтянутые бледной кожей, быстрые, живые чёрные глаза. Марк носил линзы, но не из-за плохого зрения, а просто так, и от этого его глаза казались ещё темнее. Наверно, из-за необычно аристократической внешности его позывным было имя Дантес: уж очень напоминал он графа Монте-Кристо, героя романа Дюма, который все мы когда-то читали, но наполовину благополучно забыли. Под взглядом Марка всегда хотелось стушеваться, стать меньше и незаметнее. Но с вечными чёрными капельками наушников в ушах и рацией, торчащей кармана кожанки, Марк напоминал мне не графа, а какого-то специального агента. Cейчас моё сердце, конечно, не переворачивалось и не замирало, когда Марк обращался ко мне, но конфликтовать с ним тем не менее не хотелось.

– Меня уже Джо ругала, – быстро сказала я, когда он открыл рот, чтобы отчитать меня за опоздание. Сбросив тяжёлые ботинки и ветровку, я с наслаждением упала на диван, отчего пружины недовольно скрипнули. Марк шутливо замахнулся на меня книгой, которую держал в руках.

– Лежачего не бьют!

– Тебя и без меня побьют, – заметил Марк. – Нарываешься ты, я смотрю.

Я со вздохом закатила глаза. На звуки нашей коротенькой перепалки пришла Нина, и сразу воцарилась тишина. У неё в руках были две чашки кофе, одну из которых она протянула Марку, а другую поставила на полочку, прибитую к стене.

– Извини, Кэт, я думала, ты не…