То же самое можно сказать и о другой сказке „О правде и кривде”.
Здесь говорится опять о двух братьях, правдивом и лжеце.
Лжецу удается временно обмануть и ослепить правдивого брата; в конце концов сын правдивого мстит обидчику за отца, и правда торжествует.
Если мы сравним эту сказку с уже упомянутым религиозным сказанием об Осирисе, его брате-убийце Сете и сыне-мстителе Горе, то, несмотря на то, что в сказке многое значительно изменено (злой брат не убивает доброго, а только ослепляет его и т, д.), тем не менее связь сказки с мифом об Осирисе вполне ясна.
Таковы сказки, явившиеся отражением религиозных представлений.
В другую группу можно выделить ряд сказок, в основе которых лежит какой-нибудь исторический факт, героем которых является какой-нибудь известный полководец или чем-либо запомнившийся фараон.
Таковы сказки о том, как полководец Тхути хитростью взял город Яффу, послав туда в больших мешках, под видом даров, своих воинов, как поссорился гиксосский царь Апопи с фараоном Секененра, или уже упомянутая сказка о фараоне Хуфу и мудрецах.
В ряде сказок отразились легенды и суеверия, связанные с гигантскими усыпальницами фараонов— пирамидами, сооружение которых стоило таких трудов и тягот египетскому народу и надолго запечатлелось в его памяти.
Яркий след оставили в египетской сказочной литературе многочисленные странствия египтян в разные страны.
Были это поездки в верховья Нила в богатую золотом и слоновой костью Нубию, или же долгие водные путешествия в «страну благовоний» Пунт, откуда привозили ладан, мирру и разные другие смолы ароматных растений,—эти путешествия служили неистощимыми источниками для самых фантастических рассказов.
Мореплаватели, возвращаясь на родину, любили похвастать своими подвигами, и небылица легко сплеталась с былью в таких повествованиях, превращая рассказчиков в героев чудеснейших приключений.
Великолепным образцом отражений таких повествований о странствиях в сказке является „Сказка о потерпевшем кораблекрушение“, написанная на одном из папирусов, хранящихся в Эрмитаже.
Как же из религиозной легенды или исторического события получилась сказка?
Мы знаем, что сказки существуют задолго до того момента, когда кто-нибудь их записывает.
До этого сказки живут в устной передаче.
Из поколения в поколение рассказывают люди друг другу различные сказки.
Часто рассказчик кое-что прибавляет от себя, а кое-что, наоборот, сокращает.
Многое, ставшее непонятным через большой промежуток времени, заменяется более понятным, более современным новому рассказчику.
Часто хотя и сохраняется основное содержание сказки, зато ее герои меняют свои облик; рассказчики наделяют героев новыми чертами, помещают их в иную среду, окружают другими условиями.
Вообразим себе улицы и базары Египта.
Представим себе толчею и шум такого базара, крики продающих и покупающих; крестьян, доставивших на ослах из ближних оазисов выращенное ими; ремесленников, прямо на месте и изготовляющих, и продающих плоды результаты своего труда.
Изнемогая от усталости, проходят носильщики сгибаясь под своей нелегкой ношей.
Покупают и продают льняные ткани, посуду, снасти для ловли рыбы, обувь, благовония, украшения, фрукты, овощи,масло и рыбу.
В стороне два парикмахера бреют желающих ; очередь такая большая, что двое ожидающих успели задремать под соседней сикоморой.
Под навесами женщины торгуют кислым вином и пивом из ячменя.
И тут же на перекрестке уличный певец или сказочник распевно рассказывает свои сказки.
Его окружает толпа, внимательно и жадно вслушиваются, покачивая в такт головами. Одна история сменяет другую, один сказочник—другого.
Здесь встречаются люди из самых разных концов Египта, бывают и иноземцы.
В сказку случайно вплетаются новые рассказы, иногда несколько сказок, сокращаясь, сливаются в одну. Незаметно творятся новые сказки.
Кто же записал эти сказки на тех папирусах, которые хранятся в наших музеях?
Не старыми пальцами базарных сказителей написаны эти тонкие изящные письмена.
Да и литературный, книжный язык, которым записаны сказания в найденных папирусах, подражание классическому образцовому стилю египетской прозы, изысканные обороты—все это тоже показывает, что записаны сказки не теми сказочниками, которые говорили народным говором и, пересказывая их устно, донесли их из глубин времени.
Пройдя долгий путь развития при устной передаче, сказки подверглись при записывании несомненной литературной обработке.
Часть шестая. Продолжение в части Седьмой.