Близился тот момент, когда 10-ый турнир Смертельной Битвы решит судьбу Земного Царства. Все 50 лет до финального этапа Шанг Цунг копил силы и готовился к последнему сражению. Он не допустит прокола, иначе Шао Кан забудет все успехи чародея и казнит его на месте. А потому Шанг Цунг продолжал поглощать души павших воинов, становясь сильнее с каждым днем.
В один момент чародей узнал о существовании некоего Кенши Такахаши. Этот могущественный воитель выделялся среди прочих жителей Земного Царства, а потому Цунг решил присвоить и его душу. Перевоплотившись в старца, он явился к Кенши и сообщил тому, считает его лучшим мечником среди всех. Кенши был молод и горяч, слова "мудреца" польстили ему. А потому он без раздумий поддался на уговоры Сонга (так человеку представился Шанг Цунг) и отправился вместе с ним на поиски легендарного меча-артефакта.
По заверениям Сонга, клинок сделает Кенши еще более сильным, к тому же старику известно место, где хранится оружие. Вдвоем они пришли к пещере-лабиринту, в центре которой располагался запечатанный колодец. Сам Сонг не мог его открыть, а потому он сообщил своему спутнику, что меч спрятан под каменной плитой.
Кенши сдвинул тяжеленный груз, и тут ему в лицо ударил поток устремившихся на свободу душ. От обилия мистической силы, попавшей в лицо, мечник тут же ослеп, а Шанг Цунг принял свое истинное обличие и стал поглощать высвобожденных из заточения духов.
Оказалось, что Кенши является потомком древних воинов, чьи души только что были поглощены чародеем. Добивать ослепшего спутника колдун не стал, решив оставить того умирать в лабиринте. И Кенши бы погиб, если бы не услышал внутри себя странный и еле слышный зов.
Придя по нему, воитель отыскал тот самый меч - россказни "старика" оказались не полностью лживыми. Взяв древний артефакт в руки, Кенши смог отыскать выход из лабиринта. Все последующие годы он потратил на изучение нового для себя мира и старался постичь искусство обращения с древнейшим оружием. А еще мечник пообещал себе отыскать того, кто сделал его слепым и похитил души предков.
Сердце воина жаждало мести.