О, Море миа... · В который раз я берусь за перо, но окунаю его не в чернила клавиатуры, а в молоко мысленных фантазий. И по написанию первого абзаца или при любой тревоге, которой в нашей жизни выше крыши, как Ленин, съедаю все написанное вместе с буковками из масла, чернильницей из батона с докторской колбасой, жаль, не с икрой паюсной, осетровой или даже возможно осьминоговой. Ленин сидел в тюрьме: чтобы перехитрить надзирателей, он писал революционные тексты молоком, а чернильница у него была сделана из хлеба. При появлении надзирателей, Ильич быстро съедал чернильницу... Однако прошли уже долгие годы после рассказанных мне фантасмагорических историй о «Вилейском море», да-да именно море. Минчане с пренебрежением говорят: «Какое такое у вас море - это у нас «Минское море». Так вот, уважаемые столитчане, то есть жители столицы, это город у вас побольше, а вот наше море является самым крупным искусственным водоёмом Беларуси. «Заславское водохранилище» — всего лишь второй по величине искусственный водоём в Белоруссии, да и то вода в него попадает из нашего моря по Вилейско-Минской водной системе. Описать. Вот поставим на трубу счетчик… Так вот про историю, которую не раз подтверждали как абсолютно трезвые (да-да и такие бывают) и чуть-чуть причехленные, чисто для сугреву и от отсутствия клёва, рыбаки. Вот уже и прошел Покров, еще не скованны морозом изумрудно-хрустальные воды Вилейского моря, но уже в ближайшее время любители зимней рыбалки добровольно, лишь по зову инстинкта, повезут и понесут сотни тонн корма. В лунки, словно в кормушки, ссыпая перловку, пшено, жмых, горох, гречку и даже коноплю, надеясь на рыбацкое счастье. И оно, Счастье, случается нередко… Но, вот когда его нет: то ли циклон с антициклоном попутался, то ли Гольфстрим или течение Эль-Ни́ньо (исп. El Niño — «малыш, мальчик») резко повернули или тормознули. Рыба ложится на дно и тогда рыбаки начинают кучковаться, чуть-чуть греться и травить рыбацкие байки… Байка 1 По различным данным, при строительстве Вилейского моря было затоплено 5-9 деревень, перенесены захоронения нескольких кладбищ. Пусть это останется на совести строителей. Но и сейчас в некоторых местах волны вымывают человеческие кости. Если говорить про деревни, которые находятся под водохранилищем, то наиболее крупные: Похомово, Рыбчино, Малмыги, Слобода, а также несколько мелких хуторов. По окраине водохранилища частично были переселены еще несколько деревень. И сейчас ходит легенда, что в одной из деревень затопили церковь, якобы строители побоялись греха и не стали ее разбирать. А, зимой во время церковных праздников и по воскресеньям, приложив ухо ко льду, можно услышать звон церковных колоколов. Лично я сам несколько раз прикладывал ухо (осторожно, можно банально примерзнуть ухом, отморозить его, заболеть) - в зависимости от мороза, слышен разной тональности то ли звон, то ли гул. Тогда я и попытался разгадать эту легенду - загадку нашего Моря. Из архивов удалось узнать, что вблизи деревни Рабунь (частично затопленной), в середине 18 века находился женский монастырь "Мнишек". А вот в деревне Пахомово, которая находилась примерно в треугольнике между деревнями Рабунь, Сосенка и Будище (полностью затоплена) была часовня на кладбище, её можно наблюдать на карте. Таким образом, колокола были однозначно, но вот то, что Часовня затоплена, маловероятно. Революция, война, марсиане (это я заговорился), атеизм отрицательно воздействовали на сохранность религиозных зданий. Другое дело, что в лихолетье колокола снимали и закапывали (примеров в истории пруд пруди или, применяя к нам, море). Возможно, при строительстве, верхний слой земли там, где спрятаны колокола, снял ковш экскаватора, а остальную работу доделали волны… И где-то сейчас на дне нашего Моря лежат колокола из монастыря и часовни, а подводные течения (как раз в этих местах сливаются Вилия и Илия) раскачивают языки, ударяя по полому куполу, выдавая звон, оплакивающий затонувшие населенные пункты!!! • П.С. 29 в первый день Рождественского поста, совпавшего с первым морозцем, сковавшим или еще пытающемся сковать поверхность · луж, озер и мелких заливов нашего моря, я опять приложил ухо ко льду. Колокола я не услышал, но вот неясные шумы и стук молоточков точно… Игорь Китиков