В России официальные лица регулярно заявляют о якобы исходящей от США опасности в области биологического оружия. Особую тревогу у комментаторов вызывают американские биологические лаборатории в странах бывшего Советского Союза, например в Грузии. В действительности россиянам пока опасаться нечего, а официальным лицам стоит взять пример с США и перейти от разговоров к действиям.
В ноябре секретарь Совета безопасности России Николай Патрушев написал колонку с перечислением основных угроз безопасности России. Один из пунктов был посвящен политике, «направленной на разрушение единого гуманитарного пространства и разобщение народов» в отношении СНГ и ОДКБ, а также касался создания биологических лабораторий США на их территории: «Особую озабоченность вызывает деятельность Пентагона по созданию по всему миру, прежде всего в странах СНГ, биологических лабораторий, где проводятся исследования инфекционных заболеваний и может создаваться биологическое оружие». В январе того же года секретарь Совбеза утверждал, что США ввели в эксплуатацию более 200 биологических лабораторий по всему миру и они есть на территории Азербайджана, Армении, Грузии, Казахстана, Молдовы, Узбекистана и Украины.
Подобной позиции придерживается и МИД. «В частности, речь идет об исследованиях США по созданию беспилотного летательного аппарата для распространения в воздухе зараженных насекомых в качестве средства доставки особо опасных инфекционных агентов, различного рода боеприпасов для легкого и стрелкового оружия с капсулами с биологическими рецептурами для заражения людей, а также экспериментами с бактериями чумы, способными создавать биопленки, защищающие от всех видов существующих антибиотиков», — вещает об опасностях американского биологического оружия министерство.
В заявлениях российских официальных лиц о том, что США в странах СНГ якобы работают над биологическим оружием против россиян, проскакивает немаловажный нюанс. Если Соединенные Штаты имеют сеть зарубежных биолабораторий, предназначенных, по предположению Москвы, для создания биологического оружия и угрожающих россиянам (хотя, согласно Вашингтону, эти станции обеспечивают относительно оперативный мониторинг потенциальных источников биологической опасности по всему миру), то что делается в России для безопасности граждан и солдат? Вообще говоря, совсем мало.
С одной стороны, отдаленным российским аналогом DARPA можно считать «Фонд перспективных исследований» (ФПИ). Так, по заданию последнего в рамках проекта «Трансген» для усиления иммунитета человека, направляемого в район действия биологической угрозы или уже находящегося там, предполагается использовать генетически модифицированные лимфоциты. Природоподобные технологии популярны в «Курчатовском институте». Тем не менее по своим возможностям ФПИ и «Курчатовский институт» на порядки уступают DARPA. Достаточных финансовых средств на международную сеть биолабораторий, впрочем, как, например, и на собственную космическую метеорологическую группировку или стабильно работающую сеть антарктических станций, Россия не находит.
С другой, нельзя не заметить, что работы, проводимые под покровительством Пентагона, иногда вызывают вполне определенные опасения. Прежде всего речь идет о программе Insect Allies, реализуемой DARPA, которую немецкие и французские ученые фактически обвинили в потенциальном нарушении «Конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении». По мнению экспертов, проект, предполагающий активное использование горизонтального переноса генов — редактирование генома растений при помощи переносимых насекомыми вирусов, является слишком опасным и не оправдывает заявляемых целей