Он сидел в грязном закутке за магазином и видел сквозь щель в заборе, как она бегала туда-сюда, слышал, как она звала его…
- Нее, Татьяна Ивановна, не дождешься! Не выйду! Врешь, не найдешь! Это тебе не в интернате!
Вспомнилось, как она вытаскивала его из укромных уголков, которых в интернате было полно (а она знала их наперечет), вела, сопливого и в слезах, к себе в кабинет и поила там чаем, выслушивала, утешала, мирила с ребятами, потом укладывала спать и на отбое обязательно успевала погладить его жесткий, непослушный ежик волос… И злые, пьяные рыдания подступили к горлу. Постепенно пришло отупление, безразличие и сонливость.
- Ну, побегай-поищи! Ага! Тебе это зачем надо-то, мама Таня? Нет больше твоего Сереги. Был да весь вышел…
Голова отяжелела («паленка» была очень паленой!), он опустил ее на руки и забылся тяжелым пьяным сном.
***
«В одной деревне жили-были мужик да баба. И были у них дочка Маришка и сыночек Сережка. А еще вместе с ними на подворье жили курочки-рябы, корова Зорька да коза Милка. Жили они - не тужили.
Только повадился на беду в ту деревню летать Зеленый Змей и веселую воду мужикам да бабам раздавать. Выпьют они ту воду, и про все забывают. И про дочку, и про сыночка, и про живность на подворье. Просили дочка-сыночек прогнать Зеленого Змея и не пить ту воду проклятую, но не слушали их отец с матерью. Рушилось их хозяйство – жизнь рушилась. Свели злые люди со двора коровку и козочку, курочек поворовали, а бабе с мужиком и горя мало. Все воду веселую пьют!
Пошла как-то баба в лес за хворостом и сгинула. Мужик пошел ее искать, найти не нашел да сам в снегу и замерз. Так и оказались дочка Маришка и сыночек Сережка Сорокины в интернате. И решил тут Серега, что в его-то жизни Зеленый Змей никогда не появится».
- Правда-правда, мама Таня, Татьяна Ивановна, обещаю… Мама Таня, а мы точно в Москву с тобой поедем и нас там за мою сказку награждать будут? Ну, класс!
***
Школьный психолог, она же Татьяна Ивановна, она же мама Таня в сотый, наверное, раз перепроверила Серегин рюкзак.
- Все, Сережка, ничего не забыла. Все уложила. Вот носки теплые в том кармане, белье, на всякий случай… Конверты тоже, чтобы писал…
Он подошел к ней, привычно прижался к ее уютному плечу.
- Мам Тань! Я, знаешь, хочу тебе секрет один сказать. Я так все годы хотел, чтобы меня в семью взяли. Я и сейчас хочу…
- Сережик, поздно ведь уже для усыновления. Да и зачем тебе сейчас, когда в армию уходишь?
- А я бы вот через два года из армии возвратился, а мне навстречу мама с папой бегут и кричат: «Наш Сережка вернулся! Наш…»
- Ты возвращайся. Я тебя встречу.
***
Татьяна Ивановна еще походила вокруг заваленного грязными коробками входа в подсобку магазина. Нет, не могла она ошибиться. Это точно был Сережка Сорокин, только нечесаный, обросший грязной щетиной и пьяный. После армии, отслужив два года, он так ни разу и не появился в интернате. Кто-то из его одноклассников сказал, что вроде бы что-то слышал о нем. Маринка – сестра его - замуж вышла в другом городе, к себе жить не пустила, хотя квартиру им как сиротам на двоих дали. Первое время жил у друга какого-то армейского, вроде бы. Пили вместе. Потом бродяжничать начал, подрабатывает на рынках грузчиком … Пьет…
Вас тронул этот рассказ? Ставьте лайки, комментируйте, делитесь своим мнением по этой проблеме.