Итак, я захожу в квартиру. В руках – переноска с кошкой, и пакет с кошачьими ништяками: лотком, мисками, кормом и наполнителем. Куба встречает меня, как обычно, громко и решительно гавкнув два раза из другого конца коридора, и третий раз, уже гораздо более тихо – это после моего традиционного: «Фу!» Этой командой я как бы выключаю сработавшую сигнализацию. Затем Куба, радостно мотыляя хвостом от самых лопаток, подбегает ко мне. В этот момент из переноски раздаётся тоненькое: «Мяу!» Куба останавливается так, будто она врезалась в стену. На морде читается искреннее удивление: уши торчком, голова слегка наклонена на бок, губы почти сложились трубочкой. В следующий миг любопытный нос уже лезет к переноске. И тут же отпрыгивает на полтора метра под злобное шипение. И снова на полусогнутых тянется обратно.
Я разуваюсь и прохожу в комнату. Попутно отправляю Кубу на место. Куба добросовестно выполняет команду, но лишь на секунду. Она добегает до своей подстилки, плюхается на неё, и незамедлительно бежит обратно.
Я ставлю переноску на диван и открываю дверцу. На меня смотрят два испуганных жёлтых глаза. И периодически шипят. Я повторно отправляю собаку на место, и пока она снова, чисто для галочки, выполняет команду, достаю кошку.
Теперь нужно определить ареал её обитания на ближайшее время.
Диван у нас устроен таким образом, что в разложенном виде под ним образуется достаточное пространство, куда может поместиться кошка со всеми её сопутствующими товарами, а вот собака наоборот, залезть не сможет. Я раскладываю диван и запускаю под него кошку. Она с радостью скрывается в поддиванном полумраке.
Лоток с насыпанным наполнителем, а также миски с кормом и водой отправляются к кошке. Собака беснуется. Она отчаянно жарко дышит. Она заметила, что я, пока она бегала на место, держал кошку на руках, гладил её и разговаривал ласково.
– ХОЗЯИН БОЛЬШЕ НЕ ЛЮБИТ НАС! – читается в её ошалелом взгляде. – ОН ПРИВЁЛ ДОМОЙ НОВУЮ ПРЕЛЕСТЬ!
Она суетится вокруг меня, встаёт на задние лапы, активно виляет хвостом, демонстрируя, насколько она хорошая. И при этом решительно не даёт мне ступить ни шагу. Я рассержено снова отправляю её на место. Куба уходит на подстилку, лежит на ней несколько секунд. Затем встаёт, уходит в коридор и, демонстративно повернувшись ко мне задом, укладывается на коврик около входной двери. Она – больше не любимая жена. Она расстроена, огорчена и готова, если так будет угодно, навсегда уйти из дома.
Я подхожу к ней, глажу по голове и максимально ласково говорю, что Куба хорошая и просто теперь у неё будет подружка. В ответ Куба вяло стукает хвостом по полу, тяжко вздыхает и продолжает лежать на коврике.
Тем временем кошка сходила в свой лоток и теперь хрустит кормом. Не знаю, кто её приучил к туалету, но ходит она строго в него с первого дня. Лоток был абсолютно новым, как, разумеется, и наполнитель – я купил их по пути домой. Думаю, это дело рук того самого продавца, который подобрал её.
Понимая, что кошке нужно немного покоя очухаться, я переодеваюсь, беру собаку, и мы едем встречать с работы мою супругу.
Вечер проходит буднично, благо дети в деревне. Кошка себя особо не проявляет, лишь изредка издаёт звуки из-под дивана. Куба возбуждена чуть более чем обычно. На следующее утро мы, уходя на работу, оставляем их одних.
Вечером следующего дня я еду с работы домой с некоторой тревогой. Перед входной дверью делаю глубокий вдох и захожу в квартиру.
Как ни странно, всё целое. Ничего не разбросано. Нигде не валяются оставленные в панике кучки (Куба впервые оставалась дома одна, будучи уже взрослой, и пару раз бывали сюрпризы). А вот вокруг дивана разбросана щепа. И уголок немного порван. Так-так, всё понятно, собака пыталась прорваться к кошке (или к её миске с кормом?), у неё не получалось и она в отчаянии пыталась прогрызть деревянную часть дивана. Я без злобы высказываю Кубе за диван. Она, демонстрируя покорность, смотрит на меня, слегка опустив нос и прижав уши. Я навожу порядок, вокруг дивана и под ним.
Вечером, используя проверенную схему с конкурсом, мы нарекаем кошку Шуркой.
Следующие несколько дней Шура живёт под диваном. Она немного освоилась и осмелела, делает коротки вылазки.
Ещё через пару дней Куба полностью успокаивается и теряет к Шуре первоначальный интерес. Теперь она воспринимает кошку как ребёнка и всячески опекает её: пытается брать за шкирку, приструнить и вылизать. В связи с этим кошка то и дело появляется в засусленном виде. Её такой расклад явно не устраивает. Ей, видимо, скучно, и она совершает короткие дерзкие набеги из засад на собачий хвост. Она хватает его передними лапами, вгрызается и бьёт задними. Куба реагирует, но она слишком медлительна, серой молнией кошка успевает скрыться. И так повторяется раз за разом.
Это были дни зарождения большой звериной дружбы.
Постепенно Куба и Шура стали жить душа в душу. Когда им скучно, они играют. В основном, манеру игры задаёт кошка. Она может, широко расставив в полёте передние лапы, внезапно выпрыгнуть на собаку из-за угла и спровоцировать погоню за собой. Или начинает бить собаку лапами по носу, а Куба кусает её не по-настоящему. Или они могут, например, спокойно дремать рядом друг с другом.
По вечерам, когда мы укладываем младшего спать, Куба залезает под детскую кроватку, занимая место на ночёвку. Кошка в это время ещё полна энергии. Она лезет к собаке, пытаясь расшевелить её поиграть. Куба делает вид, что спит и не реагирует. Кошка увеличивает напор. Становится шумно, сын никак не заснёт. Тогда мне приходится выпроводить Кубу из комнаты (с кошкой-то не договоришься, да и ловить её не вариант) и она, тяжко вздохнув о своей нелёгкой судьбе, выскребается из-под кроватки и идёт развлекать кошку.
Что поделать, такова её тяжкая собачья доля.