Найти в Дзене

День в истории. 24 октября: во Львове бандеровцами зверски убит знаменитый писатель.(Часть 2)

Вот что он писал своему другу Юрию Смоличу в 1948 году: «Я понимаю: ассенизационная работа — нужная и полезная работа, но почему только я, только я должен быть этим ассенизатором?.. У читателя нашей периодики невольно возникнет мысль, что есть только „маньяк" Галан, который вцепился в украинский фашизм, как пьяный за плот, [тогда как] огромное большинство представителей пера игнорирует этот вопрос. Какие дальнейшие выводы сделает из этого читатель — не надо Вам говорить». Действительно, мало кто в Галиции желал изобличать преступления и истинные мировоззренческие постулаты бандеровцев. Им мало кто симпатизировал, все боялись их мести. А Галан не боялся, он честно и талантливо писал о том, что происходило на западе УССР. Одно описание того, как ОУНовцы на глазах четырнадцатилетней девочки со смехом расчленили ее родителей, данное в статье «Чему нет названия», до сих пор являются одним из самых известных эпизодов о зверствах бандеровцев и примером жестокости за гранью человеческого пон

Вот что он писал своему другу Юрию Смоличу в 1948 году:

«Я понимаю: ассенизационная работа — нужная и полезная работа, но почему только я, только я должен быть этим ассенизатором?.. У читателя нашей периодики невольно возникнет мысль, что есть только „маньяк" Галан, который вцепился в украинский фашизм, как пьяный за плот, [тогда как] огромное большинство представителей пера игнорирует этот вопрос. Какие дальнейшие выводы сделает из этого читатель — не надо Вам говорить».

Действительно, мало кто в Галиции желал изобличать преступления и истинные мировоззренческие постулаты бандеровцев. Им мало кто симпатизировал, все боялись их мести. А Галан не боялся, он честно и талантливо писал о том, что происходило на западе УССР.

Одно описание того, как ОУНовцы на глазах четырнадцатилетней девочки со смехом расчленили ее родителей, данное в статье «Чему нет названия», до сих пор являются одним из самых известных эпизодов о зверствах бандеровцев и примером жестокости за гранью человеческого понимания. Ужасная сцена, дана сквозь призму взгляда несчастной девочки, которая с тех пор уже никогда спокойно не сможет смотреть на мясо.  Это не может оставить равнодушным ни одного нормального человека, независимо от его политических взглядов. 

Есть еще очень важный момент — кроме того, что Галан был коммунистом, он был искренним русофилом.

Галан писал: «История, особенно история последних 30 лет, научила нас, в частности, что любовь к Москве — это любовь к Украине, а ненавидеть Москву — значит ненавидеть Украину. Дальний путь от Грушевского до бандеровских резунов, но — тот же. Грушевский и его Центральная рада опирались на штыки Вильгельма II, бандеры и мельники — на штыки Гитлера. Сегодня националистический сброд распарывает животы галицким детям во славу очередных своих хозяев с Запада. У них меняется лишь тактика, а методы остаются те же: методы предательства, провокации».

Кроме того, Ярослав Галан вел активную антикатолическую кампанию, его острые публикации сыграли важную роль в подготовке общественного мнения к ликвидации Греко-Католической церкви на Украине. А учитывая, что среди ОУНовцев большинство были прихожанами именно униатской церкви, к политическим мотивам ненависти к Галану добавились еще и религиозные.

Как сообщали информаторы МГБ, сторонники бандеровцев не раз говорили, что Галан поплатится за свою антицерковную деятельность. Также есть сведения, что сам Папа Римский отлучил Галана от церкви.

В конце 40-х годов на западной Украине не было публициста с искренними антинационалистическими и русофильскими взглядами уровня Ярослава Галана. А значит, он как «боец» идеологического фронта был ценен для советских вождей.

Но талантливый человек, верящий в идеалы коммунизма, и ярый русофил был «бельмом на глазу» ОУН.

-2

Первую попытку ликвидировать его украинское националистическое подполье задумало еще в то время, когда Галан был корреспондентом на Нюрнбергском процессе. Однако тогда от реализации замысла ОУНовцам пришлось отказаться. 

В условиях организованного террора, который развернули на западной Украине ОУНовцы, Ярослав Галан был обречен и понимал это. Когда в 1948 году был убит православный священник, противник униатов Гавриил Костельник, Галан отдыхал в Крыму. Услышав о покушении, он сказал: «Да… Следующая очередь моя!»

По воспоминаниям современников, Ярослав Галан, несмотря на свои несгибаемые политические убеждения, был добрым и отзывчивым человеком, помогал людям, когда мог. Именно под видом студентов, нуждающихся в помощи, пришли к нему убийцы. И человеку, который готов был проявить к ним участие, вероломно нанесли удар сзади. Галан доверял вошедшим и поэтому не оглянулся, а Стахур нанес ему удары топором по голове.

Сегодня на Украине духовные наследники убийц Галана, желая стереть о нем память, переименовывают улицы, названные в его честь, пытаются исказить историю, так, чтобы обелить палачей, убивших писателя. А все потому, что он хорошо понимал ужасную, бесчеловечную сущность радикального украинского национализма, и поэтому его обличительные слова страшны для адептов этой идеологии и сегодня.

Читать далее: https://ukraina.ru/history/20191024/1025434399.html