Советская критика была беспощадна даже по отношению к народным любимцам первой категории. И статьи о тех, кого действительно любила вся страна, печатались отнюдь не в желтой прессе – в книгах, которые расходились стотысячными тиражами по всему Союзу.
Сложно представить, но доставалось даже Георгию Вицину, после его лучших ролей в фильмах Гайдая, Серого – в «Джентльменах удачи», Константина Воинова - в «Женитьбе Бальзаминова». Ну и само собой – знаменитой роли - Труса.
И что получил великий актер от советской критики. Ладно, хоть добрыми словами «диагноз» поставили.
Написана одна из критических рецензий в 1976 году. Предлогом стал фильм Ролана Быкова «Автомобиль, скрипка и собака Клякса», где Вицин сыграл одну из эпизодичных ролей.
«Вицин «присутствовал», представительствовал от круга тех ассоциаций, которые давно и прочно связаны с ним самим. Не знаю, случай или производственные неполадки тому виной, что в последние годы происходит с талантливым актером. Он именно представительствует от лица своих прежних накоплений, старательно, но щедро, броско используя их капитал. Он давно уже приносит на экран свою собственную маску – маску актера Вицина, исполняющего такую-то роль».
«Противоположная крайность к «стопроцентному перевоплощению». Тот случай, когда исполнитель не боится, что зритель узнает в его новом персонаже … нет, не только самого актера, а того, что уже знакомо по его ли творчеству, по творчеству других, по культурной традиции, наконец».
И как же распознали в Георгии Вицине эту маску. В статье приводится даже набор элементов для опознания: 1. Повторяющиеся сюжетные ситуации. 2. Внешние предметы обличья и одежды – набор аксессуаров. 3. Мимика – ужимки, всхлипывания, усмешки.
Автор статьи, которую легко пропустила цензура отмечается, что Вицин был прекрасен в своей первой кинороли – в фильме «Белинский», где он сыграл Николая Васильевича Гоголя. Действительно, там он смог перевоплотиться.
Но критик совершенно не видит взросление актера. Куда девать фирменный авторский набор актера, который неожиданно отнесен к «маске» - критик просто обезличил Вицина.
«Трус, герой целой серии фильмов Леонида Гайдая, в очень малой степени может быть назван характером, индивидуальностью. Он – обобщение и сверхобобщение. Не столько субъект. Сколько тип».
Так ведь, стоило бы обратить внимание критику на то, что Трус – герой комедии, это не фильм «Белинский», это не экранизация классики. Этот фильм – повод улыбнуться советскому человеку. Может впервые за тысячу лет существования русской цивилизации, повод сесть на свой диван в теплой своей квартире перед своим черно-белым телевизором после рабочего дня и улыбнуться. И Вицин способен вызвать искреннюю улыбку.
Разве сравнимы его герои, например, в фильмах «Не может быть!» и «Женитьба Бальзаминова». Они совершенно разные, но советская критика говорит, что все это – «маска».
«В фильме «Не может быть!» Вицин снова изображает хлюпика в подтяжках, интеллигентный вариант мещанина. «Романтизма нет». Но вдруг после какой-то рюмочки щелкает механизм внутри, и добряк начинает рычать, цедить сквозь зубы презрительно. Жаль, что в череде гладкописных ролей нынешнему Вицину так редко достаются образы с подобным «взрывчатым» вторым планом», - писал критик Виктор Демин.
Что ж, критика эта сегодня забыта – настолько она была советской, следовавшей «линии партии». А творчество народного артиста осталось. Оно вечно, потому что настоящее искусство. Тоже советское, но вечное.