Погружаясь под воду, и оставляя на поверхности все заботы, он принимал свое бытие, как размерность рек и горных потоков, стекающих в чашу водопада с высоты вековых гор. Не было необходимости ставить рекорды и изменять среду обитания своими стремлениями и планами. Был шанс, наконец-то встретиться с собой и быть для себя. Его механические часы с красным циферблатом и тоненькой секундной стрелкой вели отсчет времени, которое уже не управляло этим миром в толще обволакивающей и прохладной воды. Время не могло отразить ни скорость его мысли ни частоту его сердцебиений. Запаса воздуха хватало настолько, чтобы забыть о новом вдохе и устремиться к полю земли, которое накапливало знания и трансформировало их в единый поток прохладной, но приятно-летней воды. Он переставал отождествлять себя с кем-то. Ему расхотелось быть. Он понял, что уже есть и этого достаточно. Огня в животе хватало на то, чтобы тело ощущало холод воды, и имело свою температуру, при которой мы еще здесь и никуда не ушл