Зариниэль сделала ещё один лёгкий шаг в сторону своего счастья и остановилась. На поляне, в колыбельке из ивовых прутьев, любовно сплетёной её мужем, сладко сопела их восьмимесячная принцесса. Ясень не сводил с неё глаз. Он был так заботлив и бережен, как ни один отец в мире.
Зарини всё не решалась рассказать ему, что каждый её ребёнок будет бессмертным, и самому Ясеню после брачного обмена кровью предстояло разделить с ней вечность... Но самое главное — в Зачарованном лесу её ребёнок был в безопасности. Каждое дерево, травинка и кустик оберегали и лелеяли её дитя. Каждое животное — заботилось о его безопасности. Если придёт чужой — сам лес укроет малышку куполом невидимости и защиты.
Однако она не до конца понимала, как отреагирует на это знание Ясень, и наивно мечтала, что он как-то сам догадается. Но это было слишком нереально для старейшины, он не мог даже помыслить в ту сторону. Поэтому и старался всегда остаться с малышкой, не отходя ни на минуту, когда Зариниэль уходила в лес или в деревню — а её всё больше звали, не только как сказительницу, но и как ведающую мать.
Сам Ясень отходил от дочери лишь тогда, когда нужно было собрать ягод или кореньев для супа. Или купить у деревенских того, что нельзя было найти в лесу. В это время с ней была Зариниэль. Она с удовольствием кормила её грудью и лесными ягодами, валялась с ней в траве, делала ей массаж и шила для неё кукол. Она была прирождённой матерью, но также не могла оставить свою миссию — поэтому ткала полотно своей жизни, соединяя и то, и другое....
Ясень же сам выстроил их небольшой одноэтажный дом — из брусьев, купленных на их совместные сбережения: рубить Зачарованный лес было категорически нельзя — ведь в каждом дереве жил свой дух, как объяснила ему Зарини... Самое тёплое в нём было то, что он верил ей. Каждому её слову...
Эльфийка склонила голову к дочери и мужу, и золотистые локоны засветились мириадами огней, а потом стали словно ластиться к тем, кого она ощущала частью себя. Глаза её говорили о невероятной силе любви к этому смертному, которому предстояло пройти с ней третий обряд обручения — сплетение душ. Теперь они навсегда будут вместе. И это не пустое перезвучье, а истинное положение дел.
Коричневое платье, с выглядывающими шёлковыми кружевами нижней юбки, стало для неё неизменным атрибутом, хотя дома, во дворце, она всегда носила лишь нежные оттенки — персиковый, лавандовый, молочный... Но Зарини не расстраивалась от того, что ушла от семьи. Теперь она могла нести свет людям, жить своей жизнью, и быть с тем мужчиной, который стал для неё всем... К тому же, наряд, как и она, не старел. Немного эльфийской магии в нём ещё дышало.
Зариниэль грациозно потянулась и склонила голову на плечо старейшине. «Как же хочется спать», — произнесла она, и его тело затрепетало в ответ на звучание её голоса. «Я соскучился», — хрипло произнёс он.
Это был последний день в Зачарованном лесу после рождения наследницы королевского рода эльфов. И им пора было снова собираться в путь. Предназначение Зариниэль влекло её вперёд. Многие души жаждали исцеления. Да и сама земля ждала этого... Когда Зарини засыпала, одна необычная звездочка шепнула ей, куда дальше ведёт её путь. «Ой как интересно!», подумала девушка, и тут же её сознание растворилось в ласковом голосе леса...
