Предыдущая глава
В самое начало
СОБОЛЯ ДЛЯ НАРОДА
Хватит философии и нравоучительных пассажей. Идите-ка вы... на парижский рынок, что расположен на махонькой площади Алижр ( как-то так читается) и одноименной улице, произрастающей из этой замечательной площади. Чтобы туда добраться, не нужны особые физические , финансовые или нравственные усилия – всего десять минут спокойного хода от площади Бастилии по улице Сен-Антуан фобур (предместье). Если вы пройдете по правой стороне, то сперва обнаружите целую вереницу магазинов, торгующих коврами и мебелью. Но с мебелью, пожалуй повремените... Еще ближе до рынка от Лионского вокзала (Гар де Лион). С привокзальной площади идите по крайней справа улице к акведукам. За ними сверните еще раз направо. Затем сто шагов до самой рю Алижр.
Так, развлекаясь и разглядывая мемориальные доски на углах, сообщающих о том, что, мол, здесь в таком-то году находилась баррикада, вы доберетесь до рынка. Увидев на левой стороне Сен-Антуана (если пойдете от Бастилии) обувной магазин «Андре», сразу сворачивайте направо. В будние дни рынок работает с раннего утра до полудня, а в выходные – часов до трех. В понедельник закрыт... Сперва вы увидите замороженную рыбу и картошку с луком. Далее с лотков торгуют фруктами, вопят, зазывая покупателей. И цены очень даже приемлемые. Парижане про рынок знают отлично, я же на него натолкнулся случайно, стал туда ходить часто, экономя деньги и познавая жизнь парижской улицы. Последний раз я так отоваривался в марте 2005-го. Килограмм клубники стоил один евро, ананас – один евро, килограмм яблок – один евро, груш – все тот же один евро... Их развитой социализм от нашего недоношенного капитализма отличается тем, что качественная жрачка предлагается разным социальным группам по их финансовым потенциям, и поэтому на рынок я ходил регулярно и во времена франка, и во времена евро. Ведь в обычном магазине магазине цены в несколько раз выше.
Рынок Сен-Антуанского предместья интересен тем, что на самой площади Алижр торгуют еще всякой новой и не новой одеждой и антикварным хламом. Довольно часто в центре Парижа устраивают «брокант» - распродажу старых вещичек. Но там торгуют или для туристов, или для состоятельных французов задорого, а на объявленной площади – для своих, и дешево. Тут и городские сумасшедшие, и люди дна, и какие-то совсем черные с потертыми сумками...
В истории моих хождений на рынок есть есть один замечательный эпизод. Поведаю-ка я вам историю своего обогащения. Накупив яблок и помидоров, я стал прогуливаться между прилавков со всякими чашечками, старинными книгами и сундуками. (Дело было кажется осенью 1997 года) Мое внимание привлекла старушка, одетая в потертую, но довольно изысканную одежду времен президента Клемансо. Перед ней стояла корзина, из которой торчал меховой хвост. К корзине была приколота бумажка с цифрой «5» и фразой « а шуа», переводимой как «на выбор». То есть, каждый продаваемый предмет стоил пять франков, меньше теперешнего одного евро. Я вытащил за хвост меховое изделие, увидел звериные лапки, сухую мертвую голову, даже две головы и четыре черных глаза. В мехах я разбираюсь плохо, но в моих руках оказалось явно что-то русско-сибирское.
- Комбьен? – решил я перепроверить цену.
- Сэнк, - подтвердила цену бабуся.
Я отдал пять франков и отправился домой на остров Сен-Луи.
- Жена, я тебе подарок купил! – была моя первая фраза.
Жена долго разглядывала животное и как специалист определила:
- Это же соболь. Два соболя! Настоящие баргузины. А сколько стоили?
Цена была названа. Баргузинов с презрением отдали играть кошке. Кошки соболя понравились. Но это уже начались шутки, потому что от шуток пользы больше, чем от жадности.
Продолжение тут
- Спасибо, что дочитали до конца! Если тебе, читатель, нравится, жми палец вверх, делись с друзьями и подписывайся на мой канал!