В 2019 году членом жюри фестиваля Inclusive Dance впервые стал известный танцовщик и хореограф Ренато Дзанелла. Он выступал и ставил спектакли во многих странах Европы, 10 лет был директором балетной труппы Венской Государственной оперы, а в последние годы руководит Европейским центром хореографии. С первых минут появления этого статного экспрессивного итальянца с гривой вьющихся волос и балетной выправкой было видно, насколько он погружен в стихию танца. На Международной конференции по развитию инклюзивного танца, которая прошла 26 октября в отеле Mercure Москва Павелецкая, Ренато с трудом мог сидеть спокойно, а, получив слово, буквально пустился в пляс. Точно так же он вальсировал с планшетом в руках и на следующий день, в Царицыно, когда судил выступления пар на «Большом кубке Inclusive Dance».
Однако в своем выступлении «Institution and Inclusion: a paradox?» он не только признался в любви к танцу, но и затронул очень глубокую тему соотношения структуры, устоявшейся системы ценностей – и инклюзии, в основе которой лежит взаимодействие разных систем. Вот как это прозвучало.
«Как хореограф, я работаю с самым простым материалом: с телом, эмоцией, чувством, любовью... Я был руководителем одного из знаковых театров Вены, работал со многими труппами Европы, поставил около 200 спектаклей. Постоянно сталкивался не только с творческими проблемами, но и с вопросами бюджета, финансирования, требований системы, которые неизбежно связаны с постановками в крупных театрах. Я сам был частью этой системы – и вдруг обнаружил, что, сосредоточившись на продажах билетов, отзывах критиков на очередную постановку, я вдруг оказался вне творчества, вне искусства танца, оказался оторван от людей.
И тогда я открыл для себя новый волшебный мир, мир простоты. Это – маленький, но очень сильный мир. В 1992 году я работал с людьми, имевшими инвалидность по слуху. Мы, итальянцы, любим жестикулировать. И хотя я, как хореограф, оставался в рамках классического балета, в постановку, которую делал для них, я привнес естественность движений, ясность жестового языка.
Потом я попал в Вену – город суперсильных культурных традиций, которые повсеместно охраняются и оберегаются. Я оказался перед выбором: сохранять пепел (традиционное, отгоревшее искусство) – или поддерживать огонь живого? Я понял, что хочу огня! Именно его я вижу в вашем фестивале!
Мне посчастливилось встретиться с Каталин Занин, основателем и многолетним руководителем танцевальной компании «Ich bin O.K.» С 2000 года я начал сотрудничать с ними, создал возможности для интеграции людей с инвалидностью и обычных танцоров Венской оперы. Мы начали с простого, но в этой простоте была суть. Главным для меня стал вопрос: зачем мы танцуем? Что стоит за танцем? Каково наше послание обществу? В нашей работе над постановками каждый танцор стал предлагать свои идеи и эмоции. Так мы живем уже 20 лет.
Работая с этими людьми, я понял, насколько административные и стилевые надстройки над балетным искусством отдаляют нас от танца. А ведь танец прекрасен в простоте. Это – непосредственное выражение себя. Алекс Глин (танцор из Нидерландов, – прим. ред.) привел здесь прекрасный пример, как можно построить танец, касаясь друг друга всего-навсего двумя пальцами!
Когда я работал в Греции, то столкнулся с еще одной проблемой. Там даже если человек очень хотел заниматься танцем, он не мог этого сделать, если его тело не соответствовало определенным параметрам. Один из моих знакомых, который передвигался на коляске, добился права посещать занятия, но из этого ничего не вышло, так как учебные программы не были адаптированы под его возможности. Он стал бороться за изменение системы, создал организацию, которая заняла очень жесткую, принципиальную позицию. Это было похоже на революцию в танце. Я дал им возможность работать над постановками в профессиональном театре, и дело пошло.
Сейчас я живу в небольшом городке под Веной, где мы открыли образовательный центр для людей с особенностями развития. Один из его студентов, Феликс Рёпер, уже не первый год участвует в фестивале Inclusive Dance. Мы предоставили студентам полную свободу самовыражения. Они могут предлагать свои идеи и решения, протестовать против решений других членов коллектива.
Инклюзивный танец – борьба на глобальном уровне. Это – вклад в гуманизацию всего человечества. Я ушел из структуры и вернулся к искусству, к людям, и сейчас ратую за простоту. Простота – это ясность, сила, это основа танца!»
Текст: Екатерина Зотова.
Иллюстрации: Любовь Никитина.