Мы не имели права бездельничать, тем более выходить на улицу. Не было даже речи о том, чтобы пойти поиграть к соседям. Только Ричард, уже в подростковом возрасте, кое-что позволялось. После уроков мы сразу же возвращались домой, обедали и выполняли домашнее задание. Если у кого-то из нас был недовольный вид, бабушка тотчас же шлепала бунтовщика, призывая к порядку. Закончив с уроками, мы умирали со скуки. В нашем доме не было ни одной книги:отец не истратил ни единого сантима в книжном магазине. Время от времени дядя Филипп привозил нам из Парижа старые комиксы. Благодаря им мы узнали о приключениях Микки, Спиру, Счастливчика Люка, Рана, Биби и Фрикотена. Когда нам нечем было заняться, мы устраивались у окна:помимо просмотра телевизора (здесь тоже были установлены особые правила), нашим любимым занятием было наблюдать за происходящим в квартале.
Если гамнам совсем уж не сиделось на месте, мы развлекались тем, что донимали бабушку, но иногда, услышав в другом конце квартиры ее ворчание, понимали, что зашли чересчур далеко. Тогда мы убегали-так быстро, как только могли. Ричард и Кристель прятались в ванной, а я в туалете. Однако бабушку не проведёшь! Она брала стул и ремень и садилась между этими двумя комнатками в ожидании, когда кто-то из нас выйдет. Порой она была ну очень терпеливой ! Мы наконец открывали двери, и наши сердца бешено бились:нашей целью было получить как можно меньше ударов, пробегая мимо бабушки, но она обязательно настигала кого-нибудь из нас. Конечно, удары ремнем не были особенно приятными-и это самое малое, что о них можно сказать. И все-таки эти догонялки веселили нас. Мы развлекались, как могли.
Но настоящая радость ожидала нас в Ронсево, департамент Луаре, где у бабушки был старый фамильный дом:полуразрушенная ферма со стенами из серого камня и проводкой в бакелите. В доме не было ни воды, ни даже туалета. Его заменяла деревянная хибарка за домом, где мусорный ящик, накрытый крышкой с дыркой, представлял собой унитаз.
Это был рай! Там, за городом, мы были свободны как ветер:никто за нами не следил, и мы могли делать все, что вздумается. Когда мы отправлялись туда на выходные (если была хорошая погода) и на каникулы, то словно с ума сходили. Нас как будто выпускали из клетки после долгих дней заточения ! По утрам мы вскакивали с помтелипостели, наскоро умывались, причесывались и мчались на улицу. Мы забегали на обед, после чего снова убегали и возвращались лишь вечером. Здесь стольким можно было заняться, особенно вместе с нашими двоюродными сестрами, жившими в соседних домах.