Ноябрь начался с супервизий. Мы записали на диктофон 10-минутные учебные сеансы в технике ППТ, расшифровали их и текст принесли супервизорам. Первый раз я видела, как разбирают каждую фразу: к кому обращается клиент? как фраза терапевта меняет переживание клиента? приращивается ли смысл? как работает эмпатия?
Каждый терапевт подготовил свой супервизорский запрос. У меня был такой: Что делать с человеком, который говорит сбивчиво, с запинками и плутает в своих же чувствах? Как не застрять вместе с клиентом в лабиринте его чувств? И как быть конгруэнтным, если вы кардинально расходитесь с клиентом в восприятии мира?
Первым делом моя супервизор попросила обратить внимание на «психолингвистику переживания» — не ЧТО говорит клиент, а КАК он это говорит. Если клиент использует пассивный залог, строит фразы типа «что-то прилетает», «есть ощущение», это говорит о том, что он не ощущает себя в этом мире субъектом. (здесь я передаю привет лингвистам и нежно вспоминаю Сепира и Уорфа с их теорией о том, что язык влияет на нашу картину мира). Поэтому одна из ключевых задач психотерапевта — вернуть клиенту субъектность и авторство жизни. (здесь я нежно вспоминаю Ильяхова и его «Глагол — это текстовый Брюс Уиллис. Он спасет унылое предложение и накажет врагов»)
Например, так:
есть ощущение → я чувствую
прилетают какие-то возможности → я осознаю возможности
я вычеркнута из его жизни → я злюсь, что он меня вычеркнул
что-то мешает мне заняться спортом → я не хочу вставать с дивана
А дальше было ещё интереснее.
За последние годы я научилась слушать свою интуицию: делая выбор, я выслушиваю внутренний отклик и почти всегда действую в согласии со своим внутренним голосом. Во многих вопросах я кажусь решительной, волевой и смелой. Оттого мне очень непросто находиться рядом с людьми, которых терзают сомнения, которые боятся прислушаться к себе, все время как будто оглядываются, примериваются, взвешивают.
Я сказала об этом супервизору. Что мне делать с этим моим внутренним сопротивлением? Как соотноситься с клиентом? Как удержаться от противостояния жизненных моделей? (ясно, что умом я все это контролирую, но эмоции обмануть сложно)
Ответ мне был понятен заранее: побыть в этом чувстве, исследовать свою тревогу, проявить эмпатию к клиенту, подыскать название чувства — в общем не отклоняться от феноменологической установки. Но дальше супервизор сказала мне примерно следующее: «Простите за религиозный пафос, но не всё в этом мире решается волей человека. Иногда за сбивчивой речью, боязнью сделать выбор и нерешительностью может стоять совершенно особенная картина мира: вслушивание в высший замысел, вслушивание в то, что больше тебя — поиск ответа вовне, а не внутри себя».
Уже который раз в жизни благодаря феноменологии я убеждаюсь, что возможны любые картины мира. Они легальны и прекрасны. Можно всё решать волей и действовать из внутренней правды. А можно иначе. Здорово видеть мир таким объёмным.
У меня есть внутренняя шутка о том, что Гребенщиков спел обо всём уже давно, просто я ещё не всё не поняла. Про это он спел тоже:
У меня плохая память
И омерзительный нрав.
Я не могу принять сторону,
Я не знаю никого, кто не прав.