Помните, в 2006-2007 можно было массово увидеть людей в маске Гая Фокса?
Думаю, преобладающая аудитория в то время было в возрасте ±15 лет. Поэтому сегодня мы поговорим об этом фильме для того, чтобы возбудить в вас желание пересмотреть или посмотреть впервые.
Этот фильма напичкан отссылками к книгам, историческим фактам, к фильмам. Он витиеват, настораживает, притягивает и в тоже время пугает. Этот фильм подойдёт любителям антиутопий и просто людям, которые предпочитают смотреть хорошо снятые фильмы и великолепную актерскую игру.
Добрый вечер, Лондон. Во-первых, простите за вторжение на ТВ-канал. Я, в числе многих из вас, понимаю, как удобна повседневная рутина, как безопасно хорошо знакомое однообразие, как покойна повторяемость. Я наслаждаюсь этим, как любой человек... В стране, где когда-то была свобода инакомыслия, где человек мог говорить то, что думает, теперь властвует цензура и тотальный надзор, принуждающие к подчинению и навязывающие непротивление. Как это случилось? По чьей вине? Безусловно, одни причастны к этому более, чем другие, и с них в своё время спросится, но всё же, признаем правду — если вы хотите увидеть виновника, достаточно просто посмотреть в зеркало.
Думаю, тут мы закончим рассматривать фильм с точки зрения политического бездействия граждан. Ведь на этой теме фильм не заканчивается, я даже не думаю, что основная идея фильма заключается в том, чтобы заставить думать человека в этом направлении. Что касается фильма, то можно много говорить, о сюжете, о том, как снят фильм, о том сколько снимали фильм, но(!) мне бы сейчас хотелось показать вам то, что всегда лежало на поверхности: вера человека в собственные идеалы.
В центре фильма V и Иви. V — главный герой, анархист-террорист, носящий маску Гая Фокса. Впоследствии выясняется, что он бывший узник концентрационного лагеря, единственный из группы подвергавшихся воздействию медицинских препаратов, который остался в живых, приобретя новую структуру мышления и достаточное время для размышлений. Из-за взрыва лагеря весь обгорел, и поэтому постоянно прячет свою кожу (носит плотный чёрный костюм, перчатки, парик и маску). Умён, интеллигентен, начитан и хитёр, но в то же время жесток и беспощаден по отношению к представителям тоталитарной власти в Англии.
Помните, в финальной сцене V говорит: Идее пули не страшны. Подразумевает ли он под "идеей" себя или говорит о своей внутренней силе? На этот вопрос можете ответить только вы сами. Но согласитесь иронично наблюдать таким образом Франкейнштена в маске Гая Фокса.
— Меня зовут Иви.
— «Иви»... «И», «Вэ», «И»... Ну да, конечно!.
— В каком смысле?
— В том смысле, что я, как и Господь, не бросаю кости и не верю в случайные совпадения.
Иви. Что мы знаем о ней? Она работает на телевидении, у нее роман с начальником, ее родители были анархистами. Но важно ли это? Безусловно да, для понимания среды в которой она жила и живёт. Но более важно то, как она меняется за время фильма.
Самой мощной сценой в этом фильме является метаморфоза Иви, когда из маленькой трусливой девочки, она становится борцом, готовым бороться за свои интересны и идеалы. И хоть она держит злость на V, за то, что подверг ее такому испытанию, внутри себя она понимает, что это был не выбор, ее стремление вырваться из пут страха и подчинения. Эта сцена показывает нам не только Иви, но и позволяет больше понять V, ведь до этого из фильма мы узнаем только факты о нем: он был в лагере, на нем проводили эксперименты, он решил мстить за себя и тысячи сгубленных душ. Мстить, чтобы следующее поколение могло свободно дышать и мыслить.
Чувствовать удовлетворение от достигнутой цели или быть счастливым рядом с любимым человеком? Вот тот трудный выбор, который ставит перед собой V. Может в этом и заключается мораль фильма? Видеть мир таким какой он есть, бороться за свои идеи и принципы, но не забывать, что такое любить.
Нас учат помнить не человека, а идею. Ибо человек слаб. Его могут поймать, его могут убить и предать забвению. Но идея и четыреста лет спустя способна изменить мир. Я из личного опыта знаю, что такое сила идеи. Я видела, как во имя идеи совершались убийства, как люди шли на смерть. Но идею нельзя поцеловать. К ней нельзя прикоснуться. Обнять её. Идея не может истечь кровью. Она не чувствует боли. Идея не умеет любить. Так что не идея причина моей скорби, а человек.