Недавно был в гостях у родителей и впервые за долгое время увидел политические шоу на центральных телеканалах (Первый, Россия, НТВ). Сказать, что я ужаснулся — ничего не сказать. Нет, я слышал что там, выражаясь современным языком, ад и Израиль, но чтоб такое…
Под впечатлением от увиденного, я на несколько часов погрузился в тему, выловив самые яркие образчики. Тут тебе и грубые оскорбления, и мат в эфире, и драки, и ведро фекалий, принесенное ведущим в студию, и даже действия, имитирующие изнасилование гостя программы. Сначала примеры (воспроизведение начнется с означенных моментов), а чуть ниже — небольшой комментарий по поводу.
Артем Шейнин, Первый канал:
НТВ, ТВЦ, Звезда, Россия:
Ведущий государственного телеканала Россия Владимир Соловьев на государственной радиостанции «Вести FM»:
Тигран Кеосаян и пресс-секретарь Президента Российской Федерации Дмитрий Песков, НТВ:
Воля ваша, но на фоне этого великолепия главный телескандал 1995 года — стычка Жириновского и Немцова имеет, как выражался О. Бендер, «вид невинной детской игры в крысу».
Я далёк от того, чтобы идеализировать 90-е и тем более называть их «святыми». Я слишком хорошо помню это время — нищету, неустроенность, жизнь впроголодь. Бандитов как правящий класс, разборки, наезды и заказные убийства в нон-стоп режиме. Помню опасную обстановку на улицах, которые заполонила не попавшая в серьезные бандиты гопота, промышлявшая грабежами и разбоями. Все это я описал в романе о 90-х "Не здесь и не сейчас".
Я убежденный сторонник сильного государства и противник анархии. Многие решения власти в тех сферах деятельности, в которых я компетентен, оцениваю положительно. От публичной оценки остальных воздерживаюсь в силу недостатка информации и знаний.
Я безоговорочно соглашусь со всеми, кто считает, что сейчас мы живем гораздо лучше, чем в 90-е.
Но вот с чем я никогда не соглашусь, так это с нынешней информационной политикой власти.
Вместо серьезного, уважительного разговора о проблемах, об их решении и о будущем России — постоянное повышение градуса агрессии и ненависть как единственный повод для объединения общества. Подмена содержания формой. Причем, формой манипулятивной, мерзкой. Формой, рассчитанной на самые низменные инстинкты — те, которые в приличном, зрелом обществе принято обуздывать.
Я уверен, что рано или поздно агрессия, которой власть сейчас накачивает общество, вырвется. Однако я сильно сомневаюсь, что она пойдет туда, куда бы ее хотела направить власть. А еще я уверен в том, что власть вместе с пропагандистами наверняка успеет слинять за границу на приготовленные там запасные аэродромы. И расхлебывать последствия «пропаганды ненависти» народ будет в гордом одиночестве.
В пресловутые «лихие 90-е» разгул преступности — от деятельности организованных преступных сообществ до уличных грабежей — был обусловлен экономическими факторами. С этим, конечно, невозможно было согласиться, но это хотя бы можно было объяснить и понять.
А сейчас, когда государство пичкает общество хамством и агрессией, все чаще происходят страшные бытовые выплески ненависти. Вспомните хотя бы прошлогодний расстрел сокурсников в Керчи, недавнее убийство восьми сослуживцев в элитной воинской части или стрельбу с последующим самоубийством в Благовещенском колледже. Причем, я, скажем так, не исключаю, что эти преступления были спровоцированы ненавистью и агрессией со стороны потерпевших.
И вот понять, почему власть за наши с вами деньги шестой год подряд пропагандирует по телевизору тезис «всё дозволено», мне никак не удается.