Истории этой уже четверть века. Работал я тогда в компании в Москве, где постоянно были приглашённые специалисты из США. И история, которой я хочу поделиться произошла при участии одного из таких специалистов, архитектора Хосе. Не самое американское имя, но его отец родился в Португалии, а сам Хосе был уже "коренным" американцем.
Очень Хосе понравились сумки-барсетки. У нас тогда с ними ходила вся мужская половина страны, а в Америки ничего подобного вообще не было. И Хосе пристал ко мне с просьбой помочь купить ему барсетку.
Почему бы и не помочь человеку, тем более, что я сам уже давно собирался заехать на вещевой рынок и прикупить себе очередные джинсы.
Сейчас вещевые рынки это уже скорее какой-то анахронизм, а в те годы они были основным местом покупки всего от трусов до холодильников.
Перед рынком я проинструктировал Хосе, чтобы выбирал он свои барсетки молча. Так как наши продавцы всё равно не знают ни английского, ни какого иного языка, из тех что знал Хосе, а сам он не знает русского. Но если в процессе выбора он будет обсуждать со мной хоть что-нибудь по английски, то цена барсетки увеличится в разы и сбить её потом до приемлемого размера будет трудно. Если какая понравится, то её нужно молча показать мне и я куплю. Хосе, как человек бережливый, меня понял и мои советы принял.
И вот идём мы с ним по рынку. Тормозим у палаток то с сумками, то с джинсами. Но пока ничего не приглянулось ни ему, ни мне.
Наконец находим просто Клондайк барсеток и Хосе углубляется в их изучение. А я же буквально в соседней палатке обнаружил море джинсов не самого плохого качества, по нормальной цене, и главное, у них были размеры на меня двухметрового. Хосе изучает барсетки, я примеряю джинсы и тут крик на английском на пол рынка.
- Alex! What the f*ck? (Лёха? Что за дела?)
Я решил, что Хосе нашёл ту самую барсетку и таким образом пытается привлечь моё внимание. И раз уж мы рассекретились и разговором на иностранном языке показали свою кредитоспособность, то я отвечаю Хосе и напоминаю ему, что я просил не говорить по английски. Но Хосе отвечает, что дело не в том, что он нашел ту самую барсетку, а в том, что он видит меня. Дальше, для простоты повествования, воспроизведу наш разговор в переводе, на русском.
- И что? А раньше ты меня никогда не видел?
- Видел. Но ты же сейчас вон чего.
- И что такого особенного делаю я сейчас? Я просто пытаюсь купить себе джинсы.
- Ты что реально не понимаешь?
- Не понимаю.
- Огромный город. В нём огромный рынок. На рынке толпы людей. Мужчины, женщины, девушки, дети. И вот по центру всей этой толпы ты стоишь без штанов, а всем абсолютно пофигу. Это как???
- Так мне тоже пофигу.
Я думаю это было самое сильное впечатление Хосе от того визита. Он был в нашей стране ещё не единожды и мы с ним неплохо покуролесили и в Москве, и в Питере, и в Белгороде, но джинсы с рынка он вспоминает мне до сих пор.
Кстати, джинсы я купил именно там, где орал Хосе. А вот барсетку мы купили ему в тот же день, но в другом месте, там, где мы не рассекретили своей иностранной личины, и следовательно нам не пришлось платить больше.
Думаю Хосе с кожаной барсеткой смотрелся где-нибудь на Манхеттене очень колоритно.