Я работала в компании по производству пластиковых окон. Само производство было в спальном районе нашего города. А офис продаж, в котором я была единственным сотрудником, находился в самом центре. Маленькая комнатушка, в которую вход был прямо с улицы, а в комнатушке 1 окно настоящее, 1 окно – образец, стол, 3 стула и я. Компьютер был мне не положен, рассчитать стоимость заказа опытный боец может и с помощью линейки с калькулятором.
Здание было старой постройки, санузла к моей комнатушке предусмотрено не было, поэтому я бегала по необходимости в "золотой" магазин, расположенный в том же здании, но с другой стороны. Бегать приходилось через улицу, так как входы были у нас разные. Особенно весело приходилось зимой. Зато это вносило хоть какое-то разнообразие в рабочий процесс. Пластиковые окна – удовольствие дорогое, тогда это еще и в новинку было. Посетителей было немного. Иногда в день могло зайти от силы 2-3 человека. Смартфонов и компов с интернетами в то время не было. Сидела я и книги читала. Но и они были в дефиците. Скука смертная и поговорить не с кем.
Тех немногих посетителей, что ко мне заглядывали, я кажется помню до сих пор, а прошло лет 20!
Иногда мне звонили с производства и спрашивали как дела. Это значит, что дела шли настолько плохо, что любой заказ мог спасти положение. Весь цех с надеждой ждал, что я что-то продам.
– Ну ко мне даже не заходил сегодня никто, – оправдывалась я в трубку, – некому продавать!
– Ну ты как-нибудь выходи на улицу, заманивай, – задумчиво советовала мне секретарша Людмила Санна, жена замдиректора.
При всей кажущейся безнадеге, у меня были и постоянные клиенты. Раз в несколько месяцев приходила пенсионерка и заказывала окошко. Перед этим она просчитывала его стоимость во всех трех оконных компаниях нашего города. Стоимость у всех была примерно одинаковая, поэтому возвращалась она всегда ко мне. Понять несложно – от скуки я готова была подолгу разговаривать хоть с чертом лысым, а тут милая бабушка, которой тоже поговорить было в радость. Я знала все о ее семейных делах и помнила имена ее домочадцев. Мало того, через несколько месяцев могла продолжить разговор практически с того места, на котором мы остановились. Бабулечка часто звонила мне просто так, чтобы поинтересоваться о моих делах и мы мило болтали с ней по городскому телефону. Конкуренты иногда тоже перезванивали просто так и интересовались заказала ли она у меня очередное окошко. И вздыхали с облегчением, когда узнавали, что заказала.
Если вдруг случался заказ, то я звонила на производство и они присылали машину за деньгами. Кассы или сейфа у меня не было, а хранить большую сумму в тумбочке, сидя одной в центре города, было страшно.
Однажды в офис зашел мужчина, подошел к моему столу и вытряхнул на него содержимое холщевой авоськи. На стол и на пол посыпались купюры мелкого достоинства. Но много.
– Это что? – поинтересовалась я.
– Окна надо заказать, – ответил мужчина, – я по точкам проехал, бабло собрал.
– Понятно, – кивнула я, – подождите секунду.
Встала, подошла к окну, закрыла жалюзи, чтоб с улицы не было видно, что происходит внутри. Потом к двери – заперла на ключ. Вернулась к столу. Ну что ж, пересчитаем.
Через час мужчина ушел с договором, а я осталась с большим свертком с деньгами. Позвонила на производство, присылайте, говорю, машину, а то денег много, боюсь. Они, ой, а машина часа через 3 только освободится. Ты уж там продержись как-нибудь. Я пометалась по офису, прикидывая куда запрятать сверток. Тут взгляд упал на подвесной потолок. Идея! Забралась на стол, отодвинула одну из секций, на соседнюю пристроила деньги. Закрыла как было. Три часа сидела, вздрагивая от каждого звука, пока машина не приехала.
После работы я как сайгак летела в детский сад. Офис мой работал до шести, а сад до семи. Добираться до садика час. Транспорт ходит через пень-колоду, всегда битком, тем более в час-пик. Маршруток не было. От остановки еще минут 20 через заброшенные стройки и пустырь в наш отдаленный райончик. Влетая в садик без пары минут 7 я неизменно натыкалась на несчастный взгляд одиного ребенка и поджатые губы воспитательницы, которая неодобрительно качала головой. Возмущало меня это до глубины души – я ж не опоздала! Я успела! Да, последнего забираю, но в рабочее время!
Как гром среди ясного неба пришло распоряжение от руководства. Офис теперь будет работать до 19-00. Приезжаю к начальству, объясняю, что с таким графиком не буду успевать забирать ребенка из садика, а больше некому. "Лена, это не обсуждается. Через 2 недели у нас новый график." Я им говорю, но мне ж тогда придется увольняться, другого выхода не вижу. Пожали плечами, нет, говорят, мы уже приняли решение и менять его не будем.
За 2 недели я нашла себе новую работу. Она ближе к дому, зарплата выше, перспектив и обязанностей больше, но это скорее плюс, потому что помирать от скуки я уже устала. Приезжаю на производство, пишу заявление. Директор зовет меня поговорить:
– А ты чего это решила уволиться?
– Так я ж вам говорила, детский сад до семи, никак не успею с новым графиком ребенка забирать.
– Так мы ж не думали, что ты из-за такой ерунды увольняться будешь! Ну ладно, давай вернем как было.
– А я уже работу новую нашла. Меня там ждут.
Немая сцена. Вздохнул. Подписал. Вот кто дурак после этого?
Финалочка: дорабатываю последние дни перед увольнением. Сижу в офисе, заходит какая-то незнакомая девица, прямиком ко мне: "Я слышала, что вы увольняетесь, порекомендуйте меня на ваше место". Не стала, конечно, но офигела от такой незамутненности.